ГАРМОНИЯ
обратный звонок
Позвоните нам
8 (916) 006-76-46
8 (495) 588-75-32

Йога клуб Мытищи

Детский центр

Танцы

Танцы для детей

Шахматная школа

Услуги

Календарь событий

Мастер-классы

Тренинги, семинары

Контакты

Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика
поиск
 
подписка на новости
 

Вопросы о свойствах Книга вторая

Главная    |   Библиотека    |   О йоге    |   Буддийская традиция    |   Вопросы Милинды    |   Вопросы о свойствах Книга вторая

Вопросы о свойствах
 Книга вторая


Глава первая

Первый день беседы.

Итак, царь Милинда пришел к достопочтенному Нагасене. Придя к нему, он приветствовал достопочтенного Нагасену, учтиво и дружественно расспросил его о жизни2.1 и сел подле. Достопочтенный же Нагасена учтиво расспросил царя в ответ и расположил этим к себе сердце царя Милинды. 

И вот царь спросил достопочтенного Нагасену: «Как зовут почтенного? Каково твое имя, почтенный?» — «Мое имя Нагасена, государь. Нагасена — зовут меня сподвижники. Впрочем, это родители дают имя — Нагасена ли, Шурасена ли, Вирасена ли, Симхасена ли. Ведь это, государь, название, знак, обозначение, обиходное слово, это только имя — Нагасена, здесь не представлена личность»
2.2

И царь Милинда сказал: «Послушайте меня, пятьсот греков и восемьдесят тысяч монахов
2.3! Нагасена сказал сейчас, что «здесь не представлена личность». Приемлемо ли это, можно ли согласиться с этим?»2.4 И царь Милинда сказал достопочтенному Нагасене: «Но если, почтенный Нагасена, здесь не представлена личность, то кто же тогда вам, монахам, одежду, пропитание, приют, лекарства на случай болезни подает? Кто потребляет их? Кто нравственность блюдет? Кто прилежит созерцанию? Кто следует стезей, получает плоды, осуществляет покой?2.5 Кто живых убивает? Кто чужое ворует? 

Кто в похоти прелюбодействует? Кто ложь говорит? Кто пьянствует?
2.6 Кто совершает пять тотчас воздаваемых деяний?2.7 Нет тогда хорошего, нет дурного, нет у хороших и дурных деяний ни совершителя, ни побудителя, нет у деяний праведных и неправедных ни плода, ни последствия2.8. Раз так, почтенный Нагасена, то, если кто-то умертвит вас, он не свершит убийства и у вас2.9, почтенный Нагасена, нет учителя, нет наставника2.10, нет посвящения. Ты говоришь, что сподвижники зовут тебя Нагасеной. Так что же это за Нагасена?

Может, почтенный, волосы — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Волоски на теле — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Ногти, зубы, кожа, мышцы, жилы, кости, костный мозг, почки, сердце, печень, селезенка, пленки, легкие, кишечник, соединительная ткань, содержимое желудка, испражнения, желчь, слизь, гной, кровь, пот, жир, слезы, жировые выделения на коже, слюна, выделения из носа, суставная жидкость, моча, головной мозг2.11 — Нагасена?» — «Нет, государь».

— «Может, почтенный, образное — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Может, почтенный, ощущения — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Распознавание — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Слагаемые — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Сознание — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Так, может, почтенный, образное, ощущения, распознавание, слагаемые, сознание
2.12 вместе — Нагасена?» — «Нет, государь».— «Так, может, почтенный, что-то помимо образного, ощущений, распознавания, слагаемых, сознания — Нагасена?» — «Нет, государь».

— «Ну, почтенный, спрашиваю я, спрашиваю, а Нагасены не вижу. Выходит, почтенный, что Нагасена — это звук один. Где же здесь Нагасена? Ложь ты говоришь, почтенный, неправду, нет Нагасены»
2.13.

И вот достопочтенный Нагасена сказал царю Милинде: «Государь, ты ведь утонченный кшатрий, весьма утонченный. Идя в полуденный час по нагретой земле, горячему песку, ты, должно быть, изранишь себе ноги об острые камни, гравий и щебень, у тебя заноет тело, испортится настроение, появится осязательное сознание, сопровождаемое болью. 

Итак, ты приехал или пришел пешком?» — «Я пешком не хожу, почтенный. Я приехал на колеснице».— «Раз ты приехал на колеснице, государь, то предъяви мне колесницу. Скажи, государь, дышло — колесница?»— «Нет, почтенный».— «Ось — колесница?» — «Нет, почтенный».— «Колеса — колесница?» — «Нет, почтенный».— «Кузов — колесница?» — Нет, почтенный».— «Поручни
2.14 — колесница?» — Нет, почтенный».— «Ярмо — колесница?»

 — Нет, почтенный.— «Вожжи — колесница?» — «Нет, почтенный».— «Стрекало — колесница?»— «Нет, почтенный».— «Так, может, государь, дышло, ось, колеса, кузов, поручни, ярмо, вожжи, стрекало вместе — колесница?»
2.15 — «Нет, почтенный».— «Так, может, государь, что-то помимо дышла, оси, колес, кузова, поручней, ярма, вожжей, стрекала — колесница?»— «Нет, почтенный».— «Ну, государь, спрашиваю я, спрашиваю, а колесницы не вижу. 

Выходит, государь, что колесница — это звук один. Где же здесь колесница? Ложь ты говоришь, государь, неправду, нет колесницы. Ты же на всем материке Джамбу первый царь, кого тебе бояться, зачем лгать, государь? Послушайте меня, почтенные пятьсот греков и восемьдесят тысяч монахов! Царь Милинда сказал сейчас, что он-де приехал на колеснице. Я ему говорю: «Раз ты приехал на колеснице, государь, то предъяви мне колесницу». А у него с колесницей ничего не получается. Приемлемо ли это, можно ли согласиться с этим?»

Услышав эти слова, пятьсот греков одобрили достопочтенного Нагасену и сказали царю Милинде: «Ну же, государь, отвечай, если можешь». И царь Милинда сказал достопочтенному Нагасене: «Я не лгу, почтенный Нагасена. Вследствие2.16 дышла, вследствие оси, вследствие колес, вследствие кузова, вследствие поручней и используется название, знак, обозначение, обиходное слово, имя — колесница».

— «Отлично, государь. Ты знаешь, что такое колесница. Вот точно так же и у меня: вследствие волос, вследствие волосков на теле и прочего, вследствие образного, вследствие ощущений, вследствие распознавания, вследствие слагаемых, вследствие сознания и используется название, знак, обозначение, обиходное слово, просто имя
2.17 — Нагасена, однако в высшем смысле здесь не представлена личность. Ведь есть, государь, изречение монахини Ваджры, сказанное перед лицом Блаженного:

«Как говорят «колесница» о собранных вместе частях,

Так все назовут существом то, что всего только груды»2.18».

— «Чудесно, почтенный Нагасена! Необычайно, почтенный Нагасена! Блестящий ответ, и как находчиво! Был бы жив Просветленный, и он бы тебя одобрил. Отлично, отлично, Нагасена. Блестящий ответ, и как находчиво! Ты сколько лет в монашестве, почтенный Нагасена?» — «Я? Семь лет, государь2.19».— «Как это «семь», почтенный? 

Это ты — семь или число — семь?» А в это время от нарядно одетого, сверкавшего драгоценным убором царя Милинды падала на землю тень, а в сосуде с водой виднелось его отражение. И достопочтенный Нагасена спросил царя Милинду: «Видишь, государь, свою тень на земле и отражение в воде? Скажи, государь, это ты — царь или тень с отражением
2.20 — царь?»

 — «Царь — это я, а не тень или отражение, почтенный Нагасена. А тень и отражение получаются благодаря мне».— «Вот точно так же, государь, семь — это число лет, это не я. Однако получается семь благодаря мне, как тень».— «Чудесно, почтенный Нагасена! Необычайно, почтенный Нагасена! Блестящий ответ, и как находчиво!»

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты будешь со мною беседовать?»— «Если ты будешь беседовать по-ученому, государь, то буду, а если будешь беседовать по-царски, то не буду».— «А как, почтенный Нагасена, беседуют ученые?» — «В ученой беседе, государь, противника запутывают перебором случаев, он выпутывается, выдвигает опровержения, делаются встречные ходы, делаются различения и встречные различения2.21, и ученые при этом не сердятся. Вот так, государь, беседуют ученые».— «Ну а как, почтенный, цари беседуют?»2.22

— «Цари в беседе отстаивают какое-то свое положение, государь, а тем, кто им перечит, приказывают дать палок: дайте-ка, мол, такому-то палок. Вот так, государь, цари беседуют» .— «Будем, почтенный, беседовать по-ученому, а не по-царски. Беседуйте, почтенный, без опаски, словно с монахом, или послушником, или мирянином, или монастырским служкой — вот так и со мной беседуйте, почтенный, не опасайтесь».— «Спасибо, государь»,— поблагодарил тхера.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, могу я спросить тебя?»— «Можешь, государь».— «Я уже спросил, почтенный»2.23.— «Я ответил, государь».— «Что же ты ответил, почтенный?» — «А что ты спросил, государь?» И вот царю Милинде подума-лось: «Да, монах умен, ему под стать со мной беседовать. У меня ведь будет к нему много вопросов; спросить все до захода солнца мне не успеть. Лучше я побеседую с ним завтра во дворце». 

И царь сказал Девамантии: «Изволь уведомить почтенного, Девамантия, что беседовать мы с ним будем завтра во дворце». С этими словами царь встал с сиденья, попрощался с тхерой Нагасеной, сел на коня
2.24 и уехал, повторяя про себя: «Нагасена, Нагасена...» А Девамантия сказал достопочтенному Нагасене: «Почтенный, царь Милинда передает, что беседовать вы будете завтра во дворце».— «Спасибо»,— поблагодарил тхера2.25.

Второй день беседы.

И вот, когда миновала ночь, Девамантия, Анантакая, Манкура2.26 и Всё-отдам2.27 пришли к царю Милинде и, придя, спросили царя Милинду: «Придет достопочтенный Нагасена?» — «Да, пусть приходит».— «А сколько монахов с ним придет?» — «Пусть приводит столько монахов, сколько ему угодно». А Всё-отдам сказал: «Государь, пусть с ним придет десять монахов». Царь же опять сказал: «Пусть приводит столько монахов, сколько ему угодно». 

И Всё-отдам опять сказал: «Государь, пусть с ним придет десять монахов». Царь же сказал в третий раз: «Пусть приводит столько монахов, сколько ему угодно». И Всё-отдам сказал в третий раз: «Государь, пусть с ним придет десять монахов».— «Все же готово к приему гостей, я сказал: пусть приводит столько монахов, сколько ему угодно. Что это Всё-отдам мне перечит? Разве мы не в состоянии накормить: монахов?» Услышав это, Всё-отдам рассердился
2.28.

И вот Девамантия, Анантакая и Манкура пришли к достопочтенному Нагасене и, придя, сказали достопочтенному Нагасене: «Царь Милинда передает, почтенный, что ты можешь привести с собой столько монахов, сколько тебе угодно». И вот достопочтенный Нагасена поутру оделся и, надев верхнюю одежду и взяв в руку миску, вошел вместе с восьмьюдесятью тысячами монахов в Сагалу. И вот Анантакая, идучи рядом с достопочтенным Нагасеной, спросил достопочтенного Нагасену: «Почтенный Нагасена! Когда я говорю «Нагасена», то что тут Нагасена?»

— «А сам ты как думаешь, что это за Нагасена?» — спросил тхера. «Я думаю, почтенный, что Нагасена — это внутренний ветер, душа, которая то входит, то выходит».— «Ну а если этот воздух выйдет и не войдет или войдет и не выйдет, то будет жить человек?» — «Нет, почтенный».— «Ну а как с раковиной: когда люди дуют в раковину, то входит воздух в них обратно?» — «Нет, почтенный».— «Ну а как с дудочкой: когда люди дуют в дудочку, то входит воздух в них обратно?»

 — «Нет, почтенный».— «Ну а как с рогом: когда люди дуют в рог, то входит воздух в них обратно
2.29?» — «Нет, почтенный».— «Как же они не умирают?» — «Нет, с таким спорщиком, как ты, не мне тягаться. Пожалуйста, почтенный, подскажи мне, как на самом деле».— «Это не душа, это просто вдох и выдох, телесные отправления»,— сказал ему тхера согласно абхидхарме2.30. И Анантакая назвал себя мирским последователем общины2.31.

И вот достопочтенный Нагасена пришел в чертоги царя Милинды и, придя, сел на предложенное сиденье. И царь Милинда сам прислуживал Нагасене и его спутникам — положил им отменной еды, твердой и мягкой. Каждого монаха он одарил мирской одеждой2.32, а достопочтенного Нагасену — тремя монашескими одеяниями и сказал достопочтенному Нагасене: «Почтенный Нагасена, садитесь с десятью монахами здесь, а остальные могут идти». 

И вот, когда царь Милинда убедился, что достопочтенный Нагасена поел и вымыл миску и руки, он взял другое сиденье, пониже, и сел подле. И, сидя подле достопочтенного Нагасены, царь Милинда спросил его: «Почтенный На-гасена, каков же будет предмет нашей беседы?» — «У нас есть цель, государь
2.33. Пусть предметом нашей беседы будет цель». Царь молвил: «Какова цель вашего пострига, почтенный Нагасена, и какова ваша высшая цель?» 

— «Пожалуйста, государь: чтобы эта тягота пресеклась, иная тягота не появилась — вот какова цель нашего пострига. Упокоение же в непривязанности — это у нас высшая цель»,— молвил тхера. «И что же, почтенный Нагасена, все принимают постриг для этого?» — «Нет, государь. Кто для этого принимает постриг, кого царь до этого доводит, кого грабители до этого доводят, кто — оттого, что весь в долгу, кто — чтобы добыть себе пропитание. Но те, кто истинно
2.34 принимает постриг, принимают его именно ради этого»2.35.— «А ты, почтенный, для этого ли постриг принял?» — «Я еще маленький был, государь, когда принимал постриг. Зачем мне постриг, я тогда точно не знал. 

Мне тогда так думалось: «Шраманы, сыны шакьев,— люди ученые. Они меня выучат». А теперь я выучился, сам знаю и сам вижу
2.36, что постриг именно для этого».— «Прекрасно2.37, почтенный Нага-сена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, есть ли такие, кто после смерти вновь не воплотится?» — «Одни воплотятся, государь, другие не воплотятся»,— молвил тхера. «Кто же воплотится, кто не воплотится?» — «У кого есть аффекты, государь, тот воплотится, у кого нет аффектов, тот не воплотится».— «А ты, почтенный, воплотишься еще?» — «Если буду привязан, государь, то воплощусь, если не буду привязан, не воплощусь»2.38.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, верно ли, что тот, кто не воплотится, не воплотится благодаря своему подлинному вниманию?» — «Благодаря подлинному вниманию, государь, и мудрости, и другим благим дхармам».— «Но разве подлинное внимание и мудрость — не одно и то же, почтенный?» — «Нет, государь. Внимание — одно, мудрость — другое. Внимание, государь, есть и у козлов, баранов, буйволов, верблюдов, ослов2.39, а мудрости у них нет».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Каково свойство внимания, почтенный, и каково свойство мудрости?» — «Свойство внимания — замечать, государь, свойство мудрости — отсекать». «Каким образом свойство внимания — замечать? Каким образом свойство мудрости — отсекать? Приведи пример».— «Представляешь себе жнецов, государь?» — «Да, почтенный, представляю».

— «Как жнец жнет ячмень
2.40, государь?» — «Левой рукой он хватает пук колосьев, а в правой руке держит серп и отсекает серпом».— «Как жнец, государь, левой рукой хватает пук колосьев, а в правой руке держит серп и отсекает серпом, вот так же и подвизающийся, государь: вниманием он держит ум2.41, а мудростью отсекает аффекты. Вот так, государь, свойство внимания — замечать, свойство мудрости — отсекать».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты упомянул «другие благие дхармы». Каковы же эти благие дхармы?» — «Нравственность, государь, вера, усилие, памятование, сосредоточение2.42 — вот эти благие дхармы».— «Каково свойство нравственности, почтенный?» — «Свойство нравственности — быть основанием, почтенный. Нравственность — основа всем благим дхармам: орудиям, силам, звеньям просветления, стезе, постановкам памятования, истинным начинаниям, основам сверхобычных сил, уровням созерцания, развязкам, сосредоточениям, овладениям2.43.

 У того, кто нравственно основателен, ни одна благая дхарма не пропадет».— «Приведи пример».— «Вот любые растения, государь, все, что растет, разрастается, размножается из отводков или семян, все это — из земли, основа их — земля. Только так они и могут расти, разрастаться, размножаться из отводков или семян
2.44. Вот точно так же, государь, и подвизающийся развивает в себе пять орудий: веру-орудие, усилие-орудие, памятование-орудие, сосредоточение-орудие, мудрость-орудие, и все они — из нравственности, основа их — нравственность».

— «Приведи еще пример».— «Вот любые пахотные работы, государь; все они делаются на земле, основа их — земля. Только так и можно выполнять пахотные работы
2.45. Вот точно так же, государь, и подвизающийся осваивает пять орудий: веру-орудие, усилие-орудие, памятование-орудие, сосредоточение-орудие, мудрость-орудие, и все они — из нравственности, основа их — нравственность».— «Приведи еще пример».— «Представь, государь, что зодчий решил заложить город. Для начала он велит расчистить строительную площадку, выкорчевать пни и колючие кусты, разровнять место, затем размечает, где быть улицам, площадям, перекресткам, и начинает строительство. 

Вот точно так же, государь, и подвизающийся осваивает пять орудий: веру-орудие, усилие-орудие, памятование-орудие, сосредоточение-орудие, мудрость-орудие, и все они — из нравственности, основа их — нравственность».— «Приведи еще пример».— «Представь, государь, что акробат собирается устроить представление. Он велит перекопать землю, очистить ее от камней и щебня, разровнять поверхность, а потом на мягкой земле устраивает представление. 

Вот точно так же, государь, и подвизающийся осваивает пять орудий: веру-орудие, усилие-орудие, памятование-орудие, сосредоточение-орудие, мудрость-орудие, и все они — из нравственности, основа их — нравственность. Ведь есть, государь, изречение Блаженного:

«Кто умен и, опершись на нравственность,

Мысль свою и мудрость развивает,

Ревностен и опытен в монашестве,—

Тот и расколтунит эдакий колтун»2.46.

«Нравственность — опора, как земля для тварей.

Как из корня, из нее прорастет благое.

Первая она в наставленьях Будды.

Нравственность — опора Уставных Начал»2.47».

— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство веры?» — «Свойства веры — прояснять и устремлять, государь».— «Каким образом, почтенный, свойство веры — прояснять?» — «Когда возникает вера, государь, она ломает преграды, и мысль без преград становится чистой, прозрачной, незамутненной. Вот так, государь, свойство веры — прояснять».

— «Приведи пример».— «Представь, государь, что царь-миродержец отправился со своим четырехчастным войском
2.48 в поход и переправляется через речку. Слоны, всадники, колесницы, пехота всю речку расплещут, замутят и взбаламутят. А царь-миродержец на том берегу прикажет вдруг слугам: «Эй, принесите-ка мне питьевой воды. Пить хочу». И есть у царя драгоценный камень, проясняющий воду2.49. «Слушаемся, владыка»,— ответят царю-миродержцу слуги, возьмут этот проясняющий воду камень и опустят его в воду. И едва он попадет в воду, как тотчас все ракушки, ряска, козявки пропадут, вся тина осядет и вода станет чистой, прозрачной, незамутненной. 

Тогда и поднесут воды царю-миродержду: «Вот питьевая вода, владыка». Воду здесь, государь, следует уподоблять мысли, слуг уподоблять подвизающемуся, ракушки, ряску, козявки и тину уподоблять аффектам, камень, проясняющий воду, уподоблять вере. Стоит попасть этому камню в воду, и тотчас все ракушки, ряска, козявки пропадают, вся тина оседает и вода становится чистой, прозрачной, незамутненной. Вот точно так же, государь, когда возникает вера, она ломает преграды, и мысль без преград становится чистой, прозрачной, незамутненной
2.50

Вот так, государь, свойство веры — прояснять».— «Каким образом, почтенный, свойство веры — устремлять?» — «Подвизающийся видит, что у других мысль свободна, и сам устремляется к плоду обретения слуха, плоду возвращения единожды, плоду безвозвратности, плоду святости; занимается йогой, чтобы обрести необретенное, достичь недостигнутого, осуществить неосуществленное
2.51. Вот так, государь, свойство веры — устремлять».— «Приведи пример».— «Представь, государь, что высоко в горах из большой тучи пролился дождь. Потоки дождевой воды устремились вниз, заполнили горные расселины, ущелья, отроги и влились в реку. И река вздулась и вышла из берегов2.2

И вот на берег пришла толпа народу; не зная, далеко ли тянется и глубока ли река, люди боятся и стоят на берегу. Но тут приходит некий человек. Соразмерив свои силы и возможности, он затягивает потуже набедренную повязку, устремляется в воду — и переправляется. Видя его переправившимся, переправляется и вся толпа народу
2.53. Вот точно так же, государь, подвизающийся видит, что у других мысль свободна, и сам устремляется к плоду обретения слуха, плоду возвращения единожды, плоду безвозвратности, плоду святости; занимается йогой, чтобы обрести необретенное, достичь недостигнутого, осуществить неосуществленное. Вот так, государь, свойство веры — устремлять. Ведь есть, государь, изречение Блаженного:

«Преодолеешь реку верою,

Преодолеешь море рвением,

Страданья превозможешь мужеством,

Очистишься своею мудростью»2.54».

— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство усилия?» — «Свойство усилия — укреплять, государь. Ни одна благая дхарма не пропадет, если укреплять их усилием».— «Приведи пример».— «Представь себе, государь, накренившийся дом. Человек укрепит его бревном. Будучи укреплен, дом не развалится. Вот так, государь, свойство усилия — укреплять. 

Ни одна благая дхарма не пропадет, если укреплять их усилием».— «Приведи еще пример».— «Представь, государь, что маленькое войско разбито большим. Затем побежденный царь созвал, собрал со всех концов подмогу. С нею сообща маленькое войско разобьет большое. Вот так, государь, свойство усилия — укреплять. Ни одна благая дхарма не пропадет, если укреплять их усилием
2.55

Ведь есть, государь, изречение Блаженного: «Усердный
2.56 арийский слушатель, о монахи, отбрасывает неблагое, осваивает благое, отбрасывает зазорное, осваивает незазорное, блюдет себя в чистоте».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство памятования?»— «Свойства памятования — упоминать и удерживать, государь».— «Каким образом, почтенный, свойство памятования— упоминать2.57?» 

— «Когда возникает памятование, государь, оно упоминает все дхармы: благие и неблагие, зазорные и незазорные, низкие и возвышенные, темные и светлые, противоположные друг другу: вот четыре постановки памятования, вот четыре истинных начинания, вот четыре основы сверхобычных сил, вот пять орудий, вот пять сил, вот семь звеньев просветления, вот арийская восьмизвенная стезя, вот спокойствие, вот прозрение, вот ведение, вот свобода. 

Тогда подвизающийся следует дхармам, которым должно следовать, не следует дхармам, которым не должно следовать, прилежит к дхармам, к которым должно прилежать, не прилежит к дхармам, к которым не должно прилежать. Вот так, государь, свойство памятования — упоминать».— «Приведи пример».— «Представь, государь, что казначей царя-миродержца докладывает по утрам и вечерам царю-миродержцу: «Столько-то у тебя, владыка, слонов, столько-то конницы, столько-то колесниц, столько-то пехоты, столько-то золотых монет, столько-то золота, столько-то прочего имущества. 

Да помнит владыка об этом». Так он упоминает имение царя. Вот точно так же, государь, когда возникает памятование, оно упоминает все дхармы — благие и неблагие, зазорные и незазорные, низкие и возвышенные, темные и светлые, противоположные друг другу: вот четыре постановки памятования, вот четыре истинных начинания, вот четыре основы сверхобычных сил, вот пять орудий, вот пять сил, вот семь звеньев просветления, вот арийская восьмизвенная стезя, вот спокойствие, вот прозрение, вот ведение, вот свобода
2.58

Тогда подвизающийся следует дхармам, которым должно следовать, не следует дхармам, которым не должно следовать, прилежит к дхармам, к которым должно прилежать, не прилежит к дхармам, к которым не должно прилежать. Вот так, государь, свойство памятования — упоминать».— «Каким образом, почтенный, свойство памятования — удерживать?» 

— «Когда возникает памятование, государь, оно следит за ходом хороших и плохих дхарм: вот хорошие дхармы, вот плохие дхармы, вот пригодные дхармы, вот непригодные дхармы. Тогда подвизающийся плохие дхармы гонит, хорошие дхармы удерживает, непригодные дхармы гонит, пригодные дхармы удерживает. Вот так, государь, свойство памятования — удерживать».

— «Приведи пример».— «Например, государь, драгоценный наследник
2.59 царя-миродержца знает, что хорошо, что плохо, что пригодно, что непригодно для царя, а потому плохое гонит, хорошее удерживает, непригодное гонит, пригодное удерживает. Вот точно так же, государь, когда возникает памятование, оно следит за ходом хороших и плохих дхарм: вот хорошие дхармы, вот плохие дхармы, вот пригодные дхармы, вот непригодные дхармы; тогда подвизающийся плохие дхармы гонит, хорошие дхармы удерживает, непригодные дхармы гонит, пригодные дхармы удерживает. 

Вот так, государь, свойство памятования — удерживать
2.60. Ведь есть изречение Блаженного, государь: «Памятование, монахи, я называю во всем нужным»2.61».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство сосредоточения?» — «Свойство сосредоточения — главенство, государь. У всех благих дхарм глава одна — сосредоточение. Все они — низины сосредоточения, склоны сосредоточения, скаты сосредоточения»2.62.

— «Приведи пример».— «Как в здании с островерхой кровлей, государь, все закрылины от конька идут, от конька спускаются, на коньке сходятся, конек их всех выше, вот точно так же, государь, у всех благих дхарм глава одна — сосредоточение, все они — низины сосредоточения, скаты сосредоточения, склоны сосредоточения»
2.63.

— «Приведи еще пример».— «Представь, государь, что некий царь вышел со своим четырехчастным войском на битву. Он тогда глава всего войска — слонов, конницы, колесниц, пехоты, а они от него расходятся, будто низины, будто склоны, будто скаты. Вот точно так же, государь, у всех благих дхарм глава одна — сосредоточение
2.64. Все они — низины сосредоточения, склоны сосредоточения, скаты сосредоточения. Вот так, государь, свойство сосредоточения — главенство. Ведь есть изречение Блаженного, государь: «Осваивайте сосредоточение, монахи. Сосредоточен-ный постигает то, что есть»2.65».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство мудрости?» — «Я уже говорил раньше, государь, что свойство мудрости — отсекать, но и освещать — тоже свойство мудрости».— «Каким образом, почтенный, свойство мудрости — освещать?» — «Когда возникает мудрость, государь, она рассеивает потемки неведения, порождает свет ведения, проливает сияние знания, освещает арийские истины, и тогда подвизающийся видит истинной мудростью: все это бренно, тяжко, без самости».

— «Приведи пример».— «Представь, государь, что в темный дом внесли светильник. Внесенный светильник рассеет потемки, породит свет, прольет сияние, осветит очертания предметов. Вот точно так же, государь, когда возникает мудрость, она рассеивает потемки неведения, порождает свет ведения, проливает сияние знания, освещает арийские истины
2.66, и тогда подвизающийся видит истинной мудростью: все это бренно, тяжко, без самости. Вот так, государь, свойство мудрости — освещать»2.67.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена! Верно ли, что все эти дхармы, будучи различными, содействуют достижению одной цели?» — «Да, государь, все эти дхармы, будучи различными, содействуют достижению одной цели: все они уничтожают аффекты».— «Каким образом, почтенный, все эти дхармы, будучи различны, содействуют достижению одной цели? 

Как все они уничтожают аффекты? Приведи пример».— «Скажем, государь, все рода войска — слоны, конница, колесницы, пехота, будучи различными, содействуют достижению одной цели — разгрому вражеского войска в сражении. Вот точно так же, государь, и все эти дхармы, будучи различными, содействуют достижению одной цели: все они уничтожают аффекты».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Первая глава закончена.

Глава вторая

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, тот, кто Становится2.68,— тот же или иной?» — «И не тот и не иной»,— молвил тхера. «Приведи пример».— «Как ты полагаешь, государь: ты, бывший маленьким, слабым, несмышленым младенцем,— это тот же ты, теперешний, взрослый?» — «Нет, почтенный. Маленький, слабый, несмышленый младенец — это было одно, а теперешний, взрослый я — это другое».— «Но если так, государь, то тогда и матери не будет, и отца не будет, и учителя не будет, и умелого не будет, и нравственного не будет, и мудрого не будет. 

Стало быть, государь, мать зародышевой капельки — одна, мать листочка — другая, мать мешочка — иная, мать комочка — иная
2.69, мать ребенка — иная, мать взрослого — иная? Тогда учился один, а выучился другой? Злодейство чинит один, а ступни и кисти усекают другому?» — «Нет, почтенный. А ты бы что сам сказал на это?» 

— «Это все же я был, государь, маленьким, слабым, несмышленым младенцем, и это я же теперешний, взрослый, притом все это связано воедино благодаря телу»
2.70,— молвил тхера. «Приведи пример».— «Представь, го-сударь, что некто зажег светильник. Будет ли светильник гореть всю ночь?» — «Да, почтенный, будет гореть всю ночь».

— «И что же, государь, пламя его во время вечерней стражи и пламя его во время полночной стражи одно и то же?» — «Нет, почтенный».— «Пламя его во время полночной стражи и пламя его во время утренней стражи одно и то же?»
2.71 — «Нет, почтенный».— «И что же, государь, светильник был во время вечерней стражи один, а во время полночной стражи иной, во время утренней стражи иной?» — «Нет, почтенный, но именно благодаря ему свет горел всю ночь».

— «Вот так же, государь, и последовательность дхарм связуется: иным существо становится, иным преходит
2.72, как бы безначально, бесконечно связуется, а потому и не тог и не иной не получается в сцеплении очередного сознания»2.73.— «Приведи еще пример».— «Например, государь, свеженадоенное молоко спустя некоторое время превращается в простоквашу, из простокваши получается сливочное масло, из сливочного масла — топленое2.74

Если кто-нибудь будет утверждать, что и молоко, и простокваша, и сливочное масло, и топленое масло — одно и то же, то будут ли его слова истинны, государь?» — «Нет, почтенный, но одно возникло благодаря другому».— «Вот так же, государь, и последовательность дхарм связуется: иным становится, иным преходит, как бы безначально, бесконечно связуется, а потому и не тот и не иной получается в сцеплении очередного сознания».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, известно ли тому, кто не воплотится, что он не воплотится?» — «Да, государь. Тому, кто не воплотится, известно, что он не воплотится».— «Как это ему известно?» — «Чтобы произошло воплощение, должны быть причина, основание2.75. Раз эта причина, это основание перестали действовать, то он знает, что не воплотится».

— «Приведи пример».— «Например, государь, хозяин-пахарь вспахал, засеял, снял урожай и наполнил амбар, а потом не стал больше ни пахать, ни сеять, а весь тот хлеб, что собрал, или потребил сам, или отдал — распорядился с ним так, как ему нужно. Знает ли этот хозяин-пахарь, что амбар его полным не останется?» — «Да, почтенный, знает».— «Откуда он это знает?» — «Чтобы амбар был полон, должны быть причина, основание. 

Раз эта причина, это основание перестали действовать, то он знает, что амбар его полным не останется».— «Вот так же, государь, чтобы произошло воплощение, должны быть причина, основание. Раз эта причина, это основание перестали действовать, то он и знает, что не воплотится».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, у кого возникло знание, у того возникла и мудрость, не так ли?» — «Да, государь. У кого возникло знание, у того возникла и мудрость».— «Значит, почтенный, знание и мудрость — это одно и то же?» 

— «Да, государь, знание и мудрость — это одно и то же»
2.76.— «А тот, у кого это возникло — будь это знанием или мудростью,— может ли в чем-либо заблуждаться?» — «В чем-то может, государь, в чем-то не может».— «В чем может заблуждаться, почтенный, в чем не может?» — «Относительно неизвестных ему ранее навыков2.77, незнакомой прежде местности, не встречавшегося прежде имени или знака он может заблуждаться, государь».— «А в чем не может заблуждаться?» — «В том, государь, что произведено этой мудростью, то есть в том, что все это бренно, тяжко, без самости,— в этом он не может заблуждаться».— «Куда же девается его заблуждение, почтенный?» 

— «Едва возникло знание, как заблуждение тотчас же исчезает, государь».— «Приведи пример».— «Представь, государь, что некто установил в темном доме светильник. Тогда потемки исчезнут, появится свет. Вот так же, государь, едва возникло знание, как заблуждение тот-час же исчезает».— «Ну а куда, почтенный, мудрость девается?» 

— «Сделав свое дело, мудрость тотчас же исчезает, государь. Но то, что эта мудрость сделала, то есть постижение того, что все это бренно, тяжко, без самости,— это не исчезает».— «Почтенный Нагасена, по твоим словам, сделав свое дело, мудрость тотчас же исчезает, но то, что эта мудрость сделала, то есть постижение того, что все это бренно, тяжко, без самости,— это не исчезает. Приведи пример этому».— «Представь, государь, что некто хочет ночью отправить письмо. 

Он посылает за писцом, зажигает светильник, писец с его слов записывает письмо. А когда письмо уже написано, он тушит светильник. Письмо же не пропадет оттого, что светильник потушен? Вот так же, государь, сделав свое дело, мудрость тотчас же исчезает, но то, что эта мудрость сделала, то есть постижение того, что все это бренно, тяжко, без самости,— это не исчезает».

— «Приведи еще пример».— «Например, государь, в восточных областях жители на случай пожара держат при каждом доме по пять кувшинов с водой. Если в доме начался пожар, они тушат его водою из этих пяти кувшинов. Скажи, государь, разве после этого нужно им будет опять брать кувшины и повторять все сначала?» — «Нет, почтенный. 

Им этих кувшинов хватило, ни к чему им больше кувшины».— «Здесь, государь, кувшинам следует уподобить пять орудий: веру-орудие, усилие-орудие, памятование-орудие, сосредоточение-орудие, мудрость-орудие; жителям уподобить подвизающегося, пожару уподобить аффекты. Как пожар гасится водою из пяти кувшинов, так аффекты гасятся пятью орудиями. Однажды погашенные, аффекты более не возникают. Вот так, государь, сделав свое дело, мудрость тотчас же исчезает, но то, что эта мудрость сделала, то есть постижение того, что все это бренно, тяжко, без самости,— это не исчезает».

— «Приведи еще пример».— «Например, государь, врач
2.78 пришел к больному с пятью целебными кореньями, истолок пять этих целебных кореньев и дал больному выпить отвар. Этим болезнетворные начала будут изгнаны. Скажи, государь, разве нужно будет врачу брать целебные корни и повторять все сначала?» — «Нет, почтенный. Ему хватило этих кореньев, ни к чему ему больше коренья».

— «Здесь, государь, пяти целебным кореньям следует уподобить пять орудий: веру-орудие, усилие-орудие, памятование-орудие, сосредоточение-орудие, мудрость-орудие; врачу уподобить подвизающегося; болезни уподобить аффекты; болящему — человека-из-толпы. Как пять целебных кореньев изгоняют болезнетворные начала, так и пять орудий изгоняют аффекты; однажды изгнанные, аффекты более не возникают. Вот так же, государь, сделав свое дело, мудрость тотчас же исчезает, но то, что эта мудрость сделала, то есть постижение того, что все это бренно, тяжко, без самости,— это не исчезает».

— «Приведи еще пример».— «Например, государь, опытный в схватках воин вышел с пятью дротиками на схватку с вражеским отрядом, стремясь к победе. В ходе схватки он метнул эти пять дротиков, и они поразили врагов. Скажи, государь, разве нужно будет этому опытному в схватках воину брать дротики и повторять все сначала?» — «Нет, почтенный. Ему хватило этих дротиков, ни к чему ему больше дротики».— «Здесь, государь, пяти дротикам следует уподобить пять орудий: веру-орудие, усилие-орудие, памятование-орудие, сосредоточение-орудие, мудрость-орудие; опытному в схватках воину — подвизающегося, вражескому отряду — аффекты. 

Как пять дротиков поражают врагов, так пятью орудиями поражаются аффекты. Однажды пораженные, аффекты более не возникают. Вот так же, государь, сделав свое дело, мудрость тотчас же исчезает, но то, что эта мудрость сделала, то есть постижение того, что все это бренно, тяжко, без самости,— это не исчезает».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, тот, кто больше не воплотится, испытывает ли какую-либо боль?» — «Одну испытывает, другой не испытывает»,— молвил тхера. «Какую испытывает боль, почтенный, а какой не испытывает?» — «Он испытывает телесную боль, государь, и не испытывает душевной боли»2.79.— «Почему, почтенный, он испытывает телесную боль и не испытывает душевной боли?» — «Чтобы возникла телесная боль, государь, должна быть причина, основание. 

Раз эта причина, это основание не перестало действовать, то он и испытывает телесную боль. Чтобы возникла душевная боль, должна быть причина, основание. Раз эта причина, это основание перестало действовать, то он не испытывает душевной боли. Ведь есть, государь, изречение Блаженного: «Одну лишь боль он испытывает: телесную, но не душевную»
2.80».— «Почтенный Нагасена, если такой человек испытывает боль, то почему он не уходит в покой?»2.81 — «Святые, государь, не влекутся и не отвращаются; не рвут святые незрелый плод; разумные дожидаются, пока он созреет2.82. Ведь есть, государь, изречение Шарипутры, полководца Учения:

«К смерти не пристращаюсь, к жизни не пристращаюсь,

Я дожидаюсь срока, как приказанья — слуга.

К смерти не пристращаюсь, к жизни не пристращаюсь,

Я дожидаюсь срока в трезвом уме и в памяти»2.83».

— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково приятное ощущение: благое оно, неблагое или безразличное?» — «Бывает благим, государь, бывает неблагим, бывает безразличным».— «Если, почтенный, благое не есть неприятное, если неприятное не есть благое, то благого неприятного не получается вообще».— «Как ты полагаешь, государь: если в одну руку человеку положить накаленный железный шарик, а в другую руку положить холодный комок снега, то будут ли они оба жечь ему руки?» 

— «Да, почтенный, оба будут жечь».— «Разве они оба горячие, государь?» — «Нет, почтенный».— «Или разве они оба холодные, государь?» — «Нет, почтенный».— «Признай опровержение: допустим, что жжет нечто горячее, но они не оба горячие, стало быть, так не получается; допустим, что жжет нечто холодное, но они не оба холодные, стало быть, так не получается. 

Почему же они жгут оба, государь? Ведь они ни горячие оба, ни холодные; один из них горячий, другой — холодный, а стало быть, так, чтобы жгли оба, у тебя не получается».— «Нет, с таким спорщиком, как ты, не мне тягаться. Пожалуйста, подскажи мне, как на самом деле». 

Тогда тхера растолковал царю Милинде, используя абхидхарму: «Есть, государь, шесть мирских довольств, шесть беспохотных довольств, шесть мирских недовольств, шесть беспохотных недовольств, шесть мирских безразличий, шесть беспохотных безразличий, итого шесть раз по шести. Прошлое ощущение тридцати шести разновидностей, будущее ощущение тридцати шести разновидностей, теперешнее ощущение тридцати шести разновидностей. Итого, если все это собрать, сгрести воедино, получается сто восемь разновидностей ощущения
2.84».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, кто вновь воплощается?» — «Образно-знаковое2.85 воплощается, государь»,— молвил тхера. «Как, то самое образно-знаковое воплощается?» — «Нет, государь, воплощается не то самое образно-знаковое. Тем образно-знаковым существо совершает деяние, праведное или греховное, а через это деяние воплощается иное образно-знаковое».

— «Если, почтенный Нагасена, воплощается не то самое образно-знаковое, то существо, вероятно, освобождается or греховных деяний?» — «Не будь нового воплощения, оно бы освобождалось от греховных деяний. Но раз воплощается, государь, то не освобождается от греховных деяний»,— молвил тхера. «Приведи пример».— «Например, государь, один человек стащил у другого манго. Владелец манго схватил его и привел к князю: «Сиятельный! Этот человек стащил у меня манго! » А тот так скажет: «Не брал я, сиятельный, его манго. 

Те манго, что он посадил,— это одно, а те манго, что я взял,— это другое. Меня не за что наказывать». Так как, государь, заслуживает этот человек наказания?» — «Да, почтенный, заслуживает».— «Почему же?» — «Что бы он ни говорил, но то первое манго ненаблюдаемо, а за позднейшее манго этот человек заслуживает наказания».— «Вот так же, государь, этим образно-знаковым существо совершает деяние, праведное или греховное, а через это деяние воплощается иное образно-знаковое. Поэтому оно не освобождается от греховных деяний».

— «Приведи еще пример».— «Например, государь, один человек стащил у другого рис или сахарный тростник
2.86. Или, иначе, государь: например, кто-то развел в зимнее время костер, чтобы согреться, и ушел, не загасив его, а от этого костра сгорело чужое поле. Хозяин поля схватил этого человека и привел к князю: «Сиятельный! Из-за этого человека у меня сгорело поле». А тот так скажет: «Не жег я его поля, сиятельный. Костер, что я не загасил,— это одно, а огонь, в котором: сгорело его поле,— это другое. Меня не за что наказывать». 

Так как, государь, заслуживает этот человек наказания?» — «Да, почтенный, заслуживает».— «Почему?» — «Что бы он ни говорил, но тот первый костер ненаблюдаем, а за позднейший пожар этот человек заслуживает наказания».— «Вот так же, государь, этим образно-знаковым существо совершает деяние, праведное или греховное, а через это деяние воплощается иное образно-знаковое. Поэтому оно не освобождается от греховных деяний».

— «Приведи еще пример».— «Например, государь, кто-то залез со светильником на сеновал
2.87 поесть. От светильника загорелось сено, от сена загорелся дом, от дома загорелась и сгорела деревня. Селяне схватили этого человека и говорят: «Ты что нам деревню спалил? » А тот так скажет: «Я вам деревню не палил. Огонь светильника, при свете которого я поел,— это одно, а огонь, который спалил деревню,— это другое». 

Представь, что они пререкаются так и пришли к тебе. В чью пользу ты бы решил дело, государь?» — «В пользу селян, почтенный».— «Почему?» — «Что бы он ни говорил, но ведь этот огонь получился именно из того».— «Вот так же, государь, то образно-знаковое, что кончается со смертью,— это одно, то образно-знаковое, что вновь воплощается,— это другое, но второе получилось именно из первого, поэтому существо не освобождается от греховных деяний».

— «Приведи еще пример».— «Например, государь, некто посватался к маленькой девочке, уплатил вено и ушел. Прошло время, и она выросла во взрослую, зрелую девушку. Пришел другой мужчина, заплатил вено и играет свадьбу. Тут является тот первый и говорит: «Ты что ж это, приятель, от меня жену уводишь?» А тот так скажет: «Не увожу я от тебя жену. Была маленькая нежная девочка, к которой ты посватался, за которую заплатил вено,— это было одно. 

А эта взрослая, зрелая девушка, к которой я посватался, за которую я заплатил вено,— это уже другое». Представь, что они пререкаются так и пришли к тебе. В чью пользу ты бы решил дело, государь?» — «В пользу первого, почтенный».— «Почему?» — «Что бы тот ни говорил, но ведь во взрослую девушку она выросла именно из этой маленькой девочки».

— «Вот так же, государь, то образно-знаковое, что кончается со смертью,— это одно, то образно-знаковое, что вновь воплощается,— это другое, но второе получилось именно из первого, поэтому существо отнюдь не освобождается от греховных деяний».— «Приведи еще пример».— «Например, государь, некто купил у пастуха кринку молока и у него же молоко оставил, сказав, что заберет-де завтра. Назавтра молоко уже скисло. Приходит покупатель и говорит: «Давай мне мою кринку молока». Пастух показывает ему, что уже вышла простокваша
2.88. А тот так скажет: «Я у тебя простоквашу не покупал. Давай сюда кринку с молоком».— «Ты, видно, не знаешь, что твое молоко уже скисло»,— говорит ему пастух. 

Представь, что они пререкаются так и пришли к тебе. В чью пользу ты бы решил дело, государь?».— «В пользу пастуха, почтенный».— «Почему?» — «Что бы тот ни говорил, но ведь второе получилось именно из первого».— «Вот так же, государь, то образно-знаковое, что кончается со смертью,— это одно, то образно-знаковое, что вновь воплощается,— это другое, но второе получилось именно из первого, поэтому существо отнюдь не освобождается от греховных деяний».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, а ты еще воплотишься?» — «Оставь, государь, сколько можно спрашивать. Разве я не сказал уже: если буду привязан, то воплощусь, если не буду привязан, то не воплощусь».— «Приведи пример».— «Например, государь, некто попросил у царя должность2.89, расположил царя к себе и получил от него должность. 

На этой должности он зажил в холе и неге, ублажая все свои пять чувств, а людям стал описывать дело так, что царь, мол, ничем его не наградил. Скажи, государь, подобает ли так поступать?» — «Нет, почтенный».— «Вот так же, государь, сколько можно спрашивать? Разве я не сказал уже: если буду привязан, то воплощусь; если не буду привязан, то не воплощусь».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты упомянул образно-знаковое. Что здесь знаковое, а что образное?» — «То, что там грубое, то образное, государь, а тонкое — ум и связанные с ним дхармы — это знаковое».— «Почтенный Нагасена, почему знаковое или образное не воплощается порознь?» — «Эти дхармы взаимозависимы, государь, раздельно они не возникают».

— «Приведи пример».— «Например, государь, если в курице не будет зародыша
2.90, то не будет и яйца. Оба — и зародыш и яйцо — взаимозависимы, порознь не возникают. Вот так же, государь, если не будет знакового, то не будет и образного; оба они — образное и знаковое — взаимозависимы, раздельно не возникают. Так и составляется это долгое время».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты упомянул «долгое время». Что же такое долгое время?» — «Прошлое время, настоящее время, будущее время, государь».— «А есть ли время, почтенный?» — «В одних случаях есть время, в других случаях нет времени»2.92.— «В каких случаях есть время, почтенный, и в каких случаях нет?» 

— «Если слагаемые уже в прошлом, государь, прошли, пресеклись, разложились,— то этого времени нет, государь; если дхармы-последствия и дхармы, имеющие дхармы-последствия, создают новое воплощение в ином месте, то в таком случае время есть. Если, умерев, существа рождаются в ином месте, то в таком случае время есть; если, умерев, существа не рождаются в ином месте, то в таком случае времени нет. Если же существа упокоеваются, то в таком случае времени нет из-за того, что они упокоились»
2.92.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Вторая глава закончена.

Глава третья

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каков корень прошлого, каков корень будущего, каков корень настоящего?» — «И у прошлого, и у будущего, и у настоящего корень один, государь,— неведение; на основании неведения — слагаемые, на основании слагаемых — сознание, на основании сознания — образно-знаковое, на основании образно-знакового — шесть каналов, на основании шести каналов — соприкосновение, на основании соприкосновения — ощущение, на основании ощущения — жажда, на основании жажды — привязанность, на основании привязанности — существование, на основании существования — рождение, на основании рождения — старость со смертью: являются печаль, стенания, боль, уныние, отчаяние, и первый край всего этого времени не познается»2.93 — «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, как ты сказал, «первый край не познается». Приведи этому пример».— «Например, государь, посадили в землю семечко. Из него поднимется росток, будет постепенно расти, развиваться, разрастаться, даст плоды. Возьмут от него семя и снова посадят. Из него поднимется росток, будет постепенно расти, развиваться, разрастаться, даст плоды. 

Есть ли у такого ряда конец?» — «Нет, почтенный».— «Вот точно так же, государь, и первый край времени не познается».— «Приведи еще пример».— «Например, государь, от курицы яйцо, от яйца курица, от курицы яйцо. Есть ли у такого ряда конец?» — «Нет, почтенный».— «Вот точно так же, государь, и первый край времени не познается».— «Приведи еще пример». Тхера начертил на земле круг
2.94 и сказал царю Милинде: «Есть ли у этого круга конец, государь?» — «Нет, почтенный».


— «Вот точно так же, государь, и Блаженный говорил о таких кругах: на основании зрения и зримого становится зрительное сознание, соединение их трех есть соприкосновение, на основании соприкосновения — ощущение, на основании ощущения — жажда, на основании жажды — деяние, от деяния вновь порождается зрение. Есть ли у такого ряда конец?» — «Нет, почтенный».

— «Так же и со слухом, и с обонянием, и со вкусом, и с осязанием, и с умом
2.95: на основании ума и дхарм становится умное2.96 сознание, соединение их трех есть соприкосновение, на основании соприкосновения — ощущение, на основании ощущения — жажда, на основании жажды — деяние, от деяния вновь порождается ум2.97. Есть ли у такого ряда конец?» — «Нет, почтенный».— «Вот точно так же, государь, и первый край времени не познается».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты сказал, что первый край не познается. Что же такое первый край?» — «Первый край — это прошлое, государь».— «Почтенный Нагасена, ты сказал, что первый край не познается. Всякий ли первый край не познается, почтенный?» — «Один познается, государь, другой не познается».— «Какой познается, почтенный, какой не познается?» 

— «Не познается, государь, такой первый край, прежде которого не оказалось бы неведения — всего, относительно всего, во всех отношениях. А если нечто, возникнув из небытия, вновь уходит в небытие, то такой первый край познается».— «Почтенный Нагасена, если нечто, возникнув из небытия, вновь уходит в небытие, то у него ведь отсечены оба конца, а потому оно вообще пропадает?» 

— «Да, государь, у чего отсечены оба конца, то пропадает вообще».—. «Но отсеченное с обоих концов можно и нарастить?» — «Да, государь, что касается странствующих в мирском кружении существ, то можно и нарастить».— «Я не об этом спрашиваю, почтенный. Можно ли нарастить нечто от первого края?» — «Да, можно нарастить».— «Приведи пример». Тхера привел ему пример с деревом: «Например, государь, может вырасти из семени дерево с сучьями
2.98-грудами. Вот точно так же, государь, из семян—деяний и аффектов — появляются существа с их пятью грудами». — «Прекрасно, почтенный Нагасена»2.99.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, есть ли слагаемые, которые возникают?» — «Да, государь, есть слагаемые, которые возникают».— «Каковы они, почтенный?» — «Если есть зрение и зримое, государь, то будет зрительное сознание; если есть зрительное сознание, то будет зрительное соприкосновение; если есть зрительное соприкосновение, то будет ощущение; если есть ощущение, то будет жажда; если есть жажда, то будет привязанность; если есть привязанность, то будет существование; если будет существование, то будет старость со смертью, явятся печаль, стенания, боль, уныние, отчаяние. 

Так идет сложение всего этого множества тягот. А если нет зримого и зрения, то не будет зрительного сознания; если нет зрительного сознания, то не будет зрительного соприкосновения; если нет зрительного соприкосновения, то не будет ощущения; если нет ощущения, то не будет жажды; если нет жажды, то не будет существования; если нет существования, то не будет рождения; если нет рождения, то не будет старости со смертью, не явятся печаль, стенания, боль, уныние, отчаяние. Так идет пресечение всего этого множества тягот. Так же и со слухом, государь, и с обонянием, и со вкусом, и с осязанием, и с умом
2.100».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, есть ли слагаемые, возникающие из ничего?» — «Нет слагаемых, возникающих из ничего, государь. Все слагаемые возникают из чего-то»2.101.— «Приведи пример».— «Как ты думаешь, государь: дом, в котором ты находишься, из ничего возник?» — «Нет, почтенный. Такого, что возникло бы из ничего, здесь нет. Все возникло из чего-то. Эти бревна были в лесу, почтенный; эта глина была в земле. Усилиями женщин и мужчин, приложенными к ним, и возник этот дом».— «Вот так же, государь, нет слагаемых, возникающих из ничего. 

Все слагаемые возникают только из чего-то».— «Приведи еще пример».— «Например, государь, любые растения, все, что растет, разрастается, развивается из брошенных в землю семян или отводков; деревья не возникли из ничего, напротив, они возникли из чего-то. Вот так же, государь, нет слагаемых, возникающих из ничего, все слагаемые возникают только из чего-то».

— «Приведи еще пример».— «Например, государь, гончар добывает из земли глину и изготовляет из нее разную утварь. Утварь не возникает из ничего, она возникает из чего-то. Вот так же, государь, нет слагаемых, возникающих из ничего, все слагаемые возникают только из чего-то».— «Приведи еще пример».— «Например, государь, пусть нет корпуса вины, нет кожи, нет полости, нет грифа, нет деки, нет струн, нет плектра, нет усилия человека, приложенного к ней,— возникнет ли звук?»

 — «Нет, почтенный».— «А теперь, государь, пусть есть корпус вины, есть кожа, есть полость, есть гриф, есть дека, есть плектр, есть усилие человека, приложенное к ней,— возникнет ли звук?»
2.102 — «Да, почтенный, возникнет».— «Вот так же, государь, нет слагаемых, возникающих из ничего, все слагаемые возникают из чего-то».— «Приведи еще пример».— «Например, государь, пусть нет нижнего бруска, нет сверлильной палочки, нет веревки к сверлильной палочке, нет верхнего бруска, нет трута2.103, нет усилия человека, приложенного к этому,— возник-нет ли огонь?» — «Нет, почтенный».

— «А теперь, государь, пусть есть нижний брусок, есть сверлильная палочка, есть веревка к сверлильной палочке, есть верхний брусок, есть трут, есть усилие человека, приложенное к этому,— возникнет ли огонь?» — «Да, почтенный, возникнет».— «Вот так же, государь, нет слагаемых, возникающих из ничего, все слагаемые возникают из чего-то».— «Приведи еще пример».— «Например, государь, пусть нет солнечного света, нет зажигательного камня, нет кизяка — возникнет ли огонь?» 

— «Нет, почтенный». — «А теперь, государь, пусть есть солнечный свет, есть зажигательный камень, есть кизяк — возникнет ли огонь?» — «Да, почтенный».— «Вот так же, государь, нет слагаемых, возникающих из ничего, все слагаемые возникают только из чего-то».— «Приведи еще пример».— «Например, государь, пусть нет зеркала, нет света, нет лица — возникнет ли изображение
2.104?» 

— «Нет, почтенный».— «А теперь, государь, пусть есть зеркало, есть свет, есть лицо — возникнет ли изображение?» — «Да, почтенный, возникнет».— «Вот так же, государь, нет слагаемых, возникающих из ничего, все слагаемые возникают из чего-то».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, представляет ли собой знаток нечто2.105?» — «А что это такое, государь, «знаток»?» — «Это та душа внутри, почтенный, которая зрением видит зримое, слухом слышит звук, обонянием чует запах, языком вкушает вкус, телом2.106 осязает осязаемое, умом осознает дхармы. 

Так же, как мы, сидя здесь в зале, смотрим в любое окно, в какое хотим: хотим — смотрим в восточное окно, или смотрим в западное окно, или смотрим в северное окно, или смотрим в южное окно. Вот так же точно, почтенный, эта душа внутри смотрит в тот проход
2.107, в какой захочет».— «Я скажу сейчас о пяти проходах, государь, а ты слушай, хорошенько мне внимай,— молвил тхера.

— Если душа внутри зрением видит зримое, так же как мы, сидя здесь в зале, смотрим в любое окно, в какое хотим, и видим в нем зримое: хотим — видим зримое в восточном окне, или видим зримое в западном окне, или видим зримое в северном окне, или видим зримое в южном окне, то так же и душа внутри должна и слухом видеть зримое, и обонянием видеть зримое, и вкусом видеть зримое, и телом видеть зримое, и умом видеть зримое; и зрением слышать звук, и слухом слышать звук, и обонянием слышать звук (---); и зрением осознавать дхармы, и слухом осознавать дхармы, и обонянием осознавать дхармы, и вкусом осознавать дхармы, и телом осознавать дхармы?»

 — «Нет, почтенный».— «Не вяжется у тебя, государь, ни первое с последним, ни последнее с первым. Или иначе, государь: как мы, сидя здесь в зале, отчетливее увидим зримое, если выломать
2.108 эти сетчатые2.109 окна, ибо к нам будет обращено большее пространство, то неужели и душа внутри должна так же отчетливее увидеть зримое, если вырвать проходы зрения2.110, ибо к ней будет обращено большее пространство; и если вырвать уши, вырвать нос, вырвать язык, разорвать поверхность тела, то она должна отчетливее услышать звук, почуять запах, вкусить вкус, осязать осязаемое, ибо к ней будет обращено большее пространство?» — «Нет, почтенный».

— «Не вяжется у тебя, государь, ни первое с последним, ни последнее с первым. Или иначе, государь: если этот имярек
2.111 выйдет в прихожую, ты будешь знать, государь, что имярек вышел и находится в прихожей?» — «Да, почтенный, буду знать».— «А теперь, государь, пусть этот имярек вошел внутрь и стал перед тобой. Ты будешь знать, государь, что имярек вошел и находится перед тобой?» — «Да, почтенный, буду знать».— «Вот так же, государь, будет ли знать эта душа внутри о попавших на язык вкусах, какие они: кислое это, или соленое, или горькое, или острое, или вяжущее, или сладкое?»2.112 

— «Да, почтенный, будет знать».— «А если эти вкусы вошли внутрь, будет ли она знать, какие они: кислое это, или соленое, или горькое, или острое, или вяжущее, или сладкое?» — «Нет, почтенный».— «Не вяжется у тебя, государь, ни первое с последним, ни последнее с первым. Или иначе, государь: вот некто велел принести сто кувшинов меду
2.113, слил весь мед в кадушку, завязал одному человеку рот и ткнул его лицом в кадушку. Сможет ли тот узнать, государь, вкусен ли мед?» — «Нет, почтенный».

— «Почему же?» — «Мед же не попал ему в рот, почтенный».— «Не вяжется у тебя, государь, ни первое с последним, ни последнее с первым».— «Нет, с таким спорщиком, как ты, не мне тягаться. Пожалуйста, подскажи мне, как на самом деле». Тхера растолковал царю Милинде, используя абхидхарму: «Основанное на зрении и зримом, государь, возникает зрительное сознание; с ним совозникают соприкосновение, ощущение, распознавание, побуждение, нацеленность, жизнь-орудие, внимание. 

Так эти дхармы являются благодаря основанию, а «знаток» представляет собой ничто. Так же со слухом, с обонянием, со вкусом, с осязанием, с умом: основанное на уме и дхармах, возникает умное сознание; с ним совозникают соприкосновение, ощущение, распознавание, побуждение, нацеленность, жизнь-орудие, внимание. Так эти дхармы являются благодаря основанию; «знаток» же представляет собой ничто».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, если возникает зрительное сознание, то возникает и умное сознание?» — «Да, государь, если возникает зрительное сознание, то возникает и умное сознание».— «И как это происходит, почтенный Нагасена: сначала возникает зрительное сознание, а потом умное или сначала возникает умное сознание, а потом зрительное?» 

— «Сначала возникает зрительное сознание, государь, а потом умное».— «И что же, почтенный Нагасена, зрительное сознание обращается к умному: «Где я возникну, там и тебе возникать», или умное сознание обращается к зрительному: «Где ты возникнешь, там и я возникну»?» — «Нет, государь, они друг с другом не разговаривают».— «Каким образом, почтенный Нагасена, если возникает зрительное сознание, то возникает и умное сознание?» 

— «Под уклон, государь, в проход, по наезженной дороге, благодаря освоенности»
2.114.— «Каким образом, почтенный Нагасена, если возникает зрительное сознание, то под уклон возникает и умное сознание? Приведи пример».— «Как ты полагаешь, государь: если пройдет дождь, то куда потечет вода?» — «Под уклон потечет, почтенный». — «А если через некоторое время опять пройдет дождь, то эта вода куда потечет?» — «Куда прежняя вода текла, туда и эта потечет».

— «И что же, государь, прежняя вода обращается к новой воде: «Куда я теку, туда и тебе течь», или новая вода обращается к прежней: «Куда ты потечешь, туда и я потеку»?» — «Нет, почтенный, они друг с другом не разговаривают, просто текут под уклон».— «Вот так же, государь, если возникает зрительное сознание, то под уклон возникает и умное сознание, притом ни зрительное сознание не обращается к умному: «Где я возникну, там и тебе возникать», ни умное сознание не обращается к зрительному: «Где ты возникнешь, там и я возникну». Они друг с другом не разговаривают, возникают под уклон».

— «Каким образом, почтенный Нагасена, если возникает зрительное сознание, то в проход возникает и умное сознание? Приведи пример».— «Как ты полагаешь, государь: если некто захочет выйти из пограничного города, окруженного крепостной стеной с единственным проходом, то как он выйдет?» — «Через проход выйдет, почтенный».

— «А потом еще кто-то захочет выйти, он как выйдет?» — «Как первый вышел, так и он выйдет, почтенный».— «И что же, государь, первый человек обращается ко второму: «Как я выйду, так и тебе выходить», или второй человек обращается к первому: «Как ты выйдешь, так и я выйду»?» — «Нет, почтенный. Они друг с другом не разговаривают, просто идут через проход».

— «Вот так же, государь, если возникает зрительное сознание, то в проход возникает и умное сознание, притом ни зрительное сознание не обращается к умному: «Где я возникну, там и тебе возникать», ни умное сознание не обращается к зрительному: «Где ты возникнешь, там и я возникну», они друг с другом не разговаривают, возникают в одном проходе».— «Каким образом, почтенный Нагасена, если возникает зрительное сознание, то по наезженной дороге возникает и умное сознание? 

Приведи пример».— «Как ты полагаешь, государь: если проехала по дороге одна телега, то вторая телега как поедет?— «Как первая телега ехала, так и поедет, почтенный».— «И что же, государь, первая телега обращается ко второй: «Где я поеду, там и тебе ехать», или вторая телега обращается к первой: «Как ты поедешь, так и я поеду»?» — «Нет, почтенный. 

Они друг с другом не разговаривают, просто едут по наезженной дороге».— «Вот так же, государь, если возникает зрительное сознание, то по наезженной дороге возникает и умное сознание, притом ни зрительное сознание не обращается к умному: «Где я возникну, там и тебе возникать», ни умное сознание не обращается к зрительному: «Где ты возникнешь, там и я возникну»; они друг с другом не разговаривают, возникают по наезженной дороге».

— «Каким образом, почтенный Нагасена, если возникает зрительное сознание, то благодаря освоенности возникает и умное сознание? Приведи пример».— «Например, государь, занимающийся счетом на пальцах, вычислениями, подсчетами, письмом и прочими делами в начале обучения бывает неповоротлив, а потом, освоившись благодаря усидчивости, становится поворотлив. 

Вот так же, государь, если возникает зрительное сознание, то благодаря освоенности возникает и умное сознание; притом ни зрительное сознание не обращается к умному: «Где я возникну, там и тебе возникать», ни умное сознание не обращается к зрительному: «Где ты возникнешь, там и я возникну»; они друг с другом не разговаривают, возникают благодаря освоенности». Так же и со слуховым сознанием, обонятельным сознанием, вкусовым сознанием, осязательным сознанием».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, если возникает умное сознание, то возникает и ощущение?» — «Да, государь, если возникает умное сознание, то возникает и ощущение, возникает и распознавание, возникает и побуждение, возникает и задумывание, возникает и продумывание, возникают все дхармы во главе с соприкосновением»2.115.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство соприкосновения?» — «Свойство соприкосновения — касаться, государь».— «Приведи пример».— «Например, государь, дерутся два барана. Здесь одному барану следует уподоблять зрение, другому барану уподоблять зримое, их сшибке уподоблять соприкосновение».— «Приведи еще пример». 

— «Например, государь, кто-то ударил в ладоши. Здесь одной ладони следует уподоблять зрение, другой ладони уподоблять зримое, их сшибке уподоблять соприкосновение»
2.116.— «Приведи еще пример».— «Например, государь, кто-то ударил в музыкальные тарелки. Здесь одной тарелке следует уподоблять зрение, другой тарелке уподоблять зримое, их сшибке уподоблять соприкосновение».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство ощущения?» — «Свойство ощущения — ощущать и переживать, государь».— «Приведи пример».— «Например, государь, некто попросил у царя должность, расположил царя к себе и получил от него должность. На этой должности он зажил в холе и неге, ублажая все свои пять чувств, и сознавал: «Когда-то я попросил у царя должность, понравился царю и был пожалован должностью. 

Вот благодаря этому я и переживаю теперь такие приятные ощущения» Или иначе, государь: например, некто совершал благие деяния. Тогда после смерти и распада тела он родится в благом уделе, на небесах, заживет там в холе и неге, услаждая божественно все свои пять чувств, и будет сознавать: «Когда-то я совершал благие деяния. Вот благодаря этому я и переживаю такие приятные ощущения». Вот так, государь, свойство ощущения — ощущать и переживать».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство распознавания?» — «Свойство распознавания — узнавать признак, государь. Вот что оно узнаёт: «вот синее» — узнаёт, «вот желтое» — узнаёт, «вот красное» — узнаёт, «вот белое» — узнаёт, «вот розовое» — узнаёт. Вот так, государь, свойство распознавания— узнавать признак».— «Приведи пример».— «Например, государь, царский казначей входит в казну, видит царские сокровища — синие, желтые, красные, белые, розовые — и узнаёт их. Вот так, государь, свойство распознавания — узнавать признак».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство побуждения?» — «Свойство побуждения — намереваться и устраивать, государь».— «Приведи пример»,— «Например, государь, некто изготовил яд, сам его выпил и других напоил. 

Он и сам будет мучиться, и другие будут мучиться. Вот так же, государь, если некто намерился побуждением свершить неблагое деяние, то после смерти и распада тела он родится в злом уделе, в аду, в чистилище, в преисподней
2.117, а если кто-то возьмет с него пример, то после смерти и распада тела тот тоже родится в злом уделе, в аду, в чистилище, в преисподней. Или, например, государь, некто изготовил смесь пахты, сливочного масла, растительного масла, меда и патоки, сам ее выпил и других напоил. Ему и самому будет хорошо, и другим будет хорошо. 

Вот так же, государь, если некто намеревался побуждением совершить благое деяние, то после смерти и распада тела он родится в благом уделе, в горнем мире
2.118, а если кто-то возьмет с него пример, то после смерти и распада тела тот тоже родится в благом уделе, в горнем мире. Вот так, государь, свойства побуждения — намереваться и устраивать».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство сознания?» — «Свойство сознания — сознавать, государь».— «Приведи пример».— «Например, государь, городской страж, сидя на главной городской площади, видит человека, приближающегося с востока, видит человека, приближающегося с юга, видит человека, приближающегося с запада, видит человека, приближающегося с севера. 

Вот точно так же, государь, то зримое, которое человек видит зрением, он осознает сознанием; тот звук, который он слышит слухом, он осознает сознанием; тот запах, который он чует обонянием, он осознает сознанием; тот вкус, который он вкушает языком, он распознает сознанием; то осязаемое, которое он осязает осязанием, он осознает сознанием; ту дхарму, которую он осознает умом, он осознает сознанием
2.119. Вот так, государь, свойство сознания — сознавать»,— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство задумывания?» — «Свойство задумывания — вставлять, государь».— «Приведи пример».— «Например, государь, со всех сторон обтесанное бревно плотник вставляет в сруб. Вот так же, государь, подготовленное другими дхармами задумыванием вставляется в мысль. Вот так, государь, свойство задумывания — вставлять».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, каково свойство продумывания?» — «Свойство продумывания — притираться мыслью2.120, государь».— «Приведи пример».— «Например, государь, если ударить по металлическому блюду, то оно после гудит, отзывается. Здесь, государь, удару следует уподоблять задумывание, отзвуку уподоблять продумывание»2.121.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Третья глава закончена.

Глава четвертая

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, возможно ли отчленить каждую из этих дхарм, слившихся воедино, и определить их различность: вот — соприкосновение, вот — ощущение, вот — распознавание, вот — побуждение, вот — сознание, вот — задумывание, вот — продумывание?» — «Нет, государь, невозможно отчленить каждую из этих дхарм, слившихся воедино, и определить их различность: вот — соприкосновение, вот — ощущение, вот — распознавание, вот — побуждение, вот — сознание, вот — задумывание, вот — продумывание».— «Приведи пример».

— «На-пример, государь, царский повар готовит соус или приправу. Он положит туда и простоквашу, положит и соль, положит и имбирь, положит и тмин, положит и перец, положит и всякое другое. А тут царь ему скажет: выдели мне, мол, вкус простокваши, выдели вкус соли, выдели вкус имбиря, выдели вкус тмина, выдели вкус перца, выдели мне вкус всего, что ты туда положил. Возможно ли, государь, отчленить каждый из этих вкусов, слившихся воедино, и выделить вкусы отдельно: кислое, или соленое, или горькое, или острое, или вяжущее, или сладкое?» 

— «Нет, почтенный, невозможно отчленить каждый из этих вкусов, слившихся воедино, и выделить вкусы отдельно: ни кислое, ни соленое, ни горькое, ни острое, ни вяжущее, ни сладкое. Однако каждый из них присутствует своим свойством».— «Вот так же, государь, невозможно отчленить каждую из этих дхарм, слившихся воедино, и определить их различность: вот — сопри-косновение, вот — ощущение, вот — распознавание, вот — побуждение, вот — сознание, вот — задумывание, вот — продумывание. Однако каждая из них присутствует своим свойством»
2.122.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Тхера молвил: «Чем соль распознается, государь? Зрением?» — «Да, почтенный, зрением распознается». — «Хорошо подумай, государь».— «Разве языком распознается, почтенный?» — «Да, государь, языком распознается».— «Но разве, почтенный, всякий раз соль распознается языком?» — «Да, государь, соль всякий раз распознается языком».

— «Если, почтенный, соль всякий раз распознается языком, то как же ее возят волы на телегах? Разве соль не надо привозить?» — «Одну соль привезти невозможно, государь, эти дхармы — соль и тяжесть — слились воедино, пришли в состояние предметного многообразия
2.123. А возможно ли, государь, соль взвесить на весах?» — «Да, почтенный, возможно».— «Невозможно, государь, соль взвесить на весах. Тяжесть взвешивается на весах».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Вопросы Нагасены к царю Милинде закончены2.124.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, так называемые пять каналов возникли от различных деяний или от одного деяния?» — «От различных деяний возникли, государь, не от одного деяния».— «Приведи пример».— «Как ты полагаешь, государь: если на одном поле посеять пять разных семян, то дадут ли эти семена различные плоды?» — «Да, почтенный, дадут».— «Вот так же, государь, так называемые пять каналов возникли от различных деяний, не от одного деяния».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, почему люди не все одинаковые: у одних век долог, у других век короток, одни болезненные, другие не болезненные, у одних красивый цвет кожи, у других некрасивый цвет кожи, одни невлиятельные, другие влиятельные, одни имущие, другие неимущие, одни низкого рода, другие высокого рода, одни худоумные, другие умные?»2.125 

— «А почему, государь, растения не все одинаковые: одни на вкус кислые, другие соленые, иные острые, какие-то вяжущие, некоторые горькие, еще одни сладкие?» — «Я думаю, почтенный, что из-за того, что семена различные».— «Вот так же, государь, люди не все одинаковые потому, что деяния их различны; потому у одних век долог, у других век короток, одни болезненные, другие не болезненные, у одних красивый цвет кожи, у других некрасивый цвет кожи, одни влиятельные, другие невлиятельные, одни неимущие, другие имущие, одни низкого рода, другие высокого рода, одни худоумные, другие умные. 

Ведь есть, государь, изречение Блаженного: «У всех существ, брахман, свое деяние, все наследуют деяние, родятся из деяния, родные деянию, опираются на деяние. Деяние делит существ — крушит или возносит»
2.126».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, как это ты сказал: «Пожалуйста, государь: чтобы эта тягота пресеклась, иная тягота не появилась... »?» — «Вот это и есть цель нашего пострига, государь».— «А зачем заранее стараться? Разве не следует стараться, когда пришла пора?» — «Когда пора пришла, стараться уже бессмысленно, государь, смысл только в том, чтобы постараться заранее».

— «Приведи пример».— «Как ты полага-ешь, государь: ты, когда пить захочешь, тогда и прикажешь копать колодец или копать пруд: мне-де попить бы?» — «Нет, почтенный».— «Вот так же, государь, когда пора пришла, то стараться уже бессмысленно; смысл только в том, чтобы постараться заранее».— «Приведи еще пример».— «Как ты полагаешь, государь: ты, когда проголодаешься, тогда и прикажешь вспахать поле, высадить рис, доставить зерна: мне-де каши бы поесть?» 

— «Нет, почтенный»,— «Вот так же, государь, когда пора пришла, то стараться уже бессмысленно; смысл только в том, чтобы постараться заранее».— «Приведи еще пример».— «Как ты полагаешь, государь: когда вот-вот начнется сражение, ты тогда и прикажешь выкопать ров, возвести крепостные стены, срубить ворота, возвести сторожевые башни, накопить хлеба; тогда ты и станешь учиться езде на слоне, учиться верховой езде, учиться стрельбе из лука, учиться управлять колесницей, учиться владеть мечом?» 

— «Нет, почтенный».— «Вот так же, государь, когда пора пришла, то стараться уже бессмысленно; смысл только в том, чтобы постараться заранее. Ведь есть, государь, изречение Блаженного:

«В чем для себя нашел ты благо,

Тому заранее последуй

И будь решителен и стоек,

Иначе станется с тобою,

Как с незадачливым возницей:

С большой наезженной дороги

Свернул возница на ухабы;

Сломалась ось; и вот он горько

Над сломанною осью плачет.

Так глупый дхармой поступился

И устремился за недхармой.

Смерть встала перед ним: он горько

Над сломанною жизнью плачет»2.127».

— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, вы утверждаете: адский-де огонь по сравнению с обычным огнем гораздо жарче. Ведь если положить в обычный огонь прокаливаться на целый день даже маленький камушек, то он не распадется, а если камень величиной с большой дом бросить в адский огонь, он тотчас распадется2.128. Мне в это не верится. И вот еще что вы говорите, якобы рождающиеся в аду существа прокаливаются там много тысяч лет и не распадаются2.129. В это мне тоже не верится».

— «Как ты полагаешь, государь,— молвил тхера,— пожирают ли самки дельфинов, крокодилов, черепах, павы, голубки — пожирают ли они твердые камни и гальку?» — «Да, почтенный, пожирают».— «И распадаются они в утробах у них, попав в желудки?» — «Да, почтенный, распадаются».— «А зародыши у них в утробах — те распадаются?» — «Нет, почтенный».— «Почему же?» 

— «Я полагаю, почтенный, что силою деяния
2.130 не распадаются».— «Вот так же, государь, силою деяния кромешники прокаливаются в кромешной много тысяч лет и не распадаются: там и рождаются, там и растут, там и уми-рают. Ведь есть, государь, изречение Блаженного: «Он до тех пор не умрет, пока греховных деяний не исчерпает».— «Приведи еще пример».— «Как ты полагаешь, государь: вот львицы, тигрицы, пантеры, суки — пожирают ли они грубые костистые куски мяса?»

 — «Да, почтенный, пожирают».— «И распадаются эти куски в утробах у них, попав в желудки?» — «Да, почтенный, распадаются».— «А зародыши у них в утробах — те тоже распадаются?» — «Нет, почтенный».— «Почему нет?» — «Я полагаю, почтенный, что силою деяния не распадаются».— «Вот так же, государь, силою деяния кромешники прокаливаются в кромешной много тысяч лет и не распадаются: там и рождаются, там и растут, там и умирают».— «Приведи еще пример».

— «Как ты полагаешь, государь, едят ли холеные гречанки, холеные кшатрийки, холеные брахманки, холеные вайшийки
2.131 жесткие куски мяса, которые приходится пережевывать?»— «Да, почтенный, едят».— «И эти куски распадатся в утробах у них, попав в желудки?» — «Да, почтенный, распадаются».— «А зародыши у них в утробе — те тоже распадаются?» — «Нет, почтенный».

— «Почему же?» — «Я полагаю, почтенный, что силою деяния не распадаются».— «Вот так же, государь, силою деяния кромешники прокаливаются в кромешной много тысяч лет и не распадаются. Ведь есть, государь, изречение Блаженного: «Он до тех пор не умрет, пока греховных деяний не исчерпает»
2.132».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, вы утверждаете, что земля держится на воде, вода держится на воздухе, воздух держится на пространстве. Мне в это не верится». Тхера взял водяные часы, набрал в них воды и объяснил царю Милинде: «Так же, государь, как эту воду воздух держит, так и та вода держится на воздухе»2.133.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, покой — это пресечение2.134?» — «Да, государь, покой — это пресечение».— «Каким образом, почтенный Нагасена, покой — это пресечение?» — «Все глупые люди-из-толпы, государь, к источникам и каналам приваживаются, прилепляются, пристращаются; уносит их этим потоком, не освобождаются они от рождения, старости со смертью, печали, стенаний, боли, уныния, отчаяния. Поэтому я говорю: они не освобождаются от тяготы. 

Просвещенный же арийский слушатель, государь, к источникам и каналам не приваживается, не прилепляется, не пристращается. А раз он к ним не приваживается, не прилепляется, ни пристращается, то жажда его пресекается, от пресечения жажды — пресечение привязанности; от пресечения привязанности — пресечение существования; от пресечения существования — пресечение рождения; от пресечения рождения — пресечение старости со смертью; пресекаются печаль, стенания, боль, уныние, отчаяние. Так идет пресечение всего этого множества тягот»
2.135.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, все ли обретают покой?» — «Нет, государь, не все обретают покой. Однако тот, государь, чье делание истинно, кто познаёт дхармы, которые должно познать, изведывает дхармы, которые должно изведать2.136, оставляет дхармы, которые должно оставить, осваивает дхармы, которые должно освоить,— тот обретает покой».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, знает ли тот, кто не обретает покой, о том, что покой — это счастье?» — «Да, государь. Тот, кто не обретает покой, знает о том, что покой — это счастье».— «Каким образом, почтенный Нагасена, может он знать, что покой — это счастье, не обретя его?» — «Как ты полагаешь, государь: те, кому не усекали кистей и стоп, знают ли, что усекновение кистей и стол тяжко?» 

— «Да, почтенный, знают».— «Каким образом знают?» — «Они слышат вопли тех, кому усекли кисти и стопы, потому и знают, что усекновение кистей и стоп тяжко».— «Вот так же, государь, он слышит, что говорят те, кто узрел покой, и потому знает, что покой — это счастье».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»
2.137.

Четвертая глава закончена.

Глава пятая

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты видел Просветленного?» — «Нет, государь».— «А твои учители видели Просветленного?» — «Нет, государь».— «Стало быть, почтенный, нет Просветленного».— «Скажи, государь, видел ли ты слияние всех рек2.138?» — «Нет, почтенный».— «А твои предки видели слияние всех рек?» — «Нет, почтенный».


— «Стало быть, государь, нет слияния всех рек?» — «Есть, почтенный. Хоть ни я не видел слияния всех рек, ни мои предки, но есть все же слияние всех рек».— «Вот так же, государь, хоть ни я не видел Блаженного, ни мои учители не видели Блаженного, но есть все же Блаженный»
2.139.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, выше Просветленного нет?» — «Да, государь, выше Блаженного нет».— «Как ты можешь знать, почтенный Нагасена, что выше Просветленного нет, если никогда его не видел?» — «Как ты полагаешь, государь, те, кто никогда не видел океана, могут ли знать, что океан велик, глубок, безбрежен, бездонен, ведь беспрерывно, беспрестанно питают его пять великих рек: Ганга, Ямуна, Ачиравати, Сараю, Махи2.140, и незаметно, чтобы воды в нем убавилось или прибавилось?» — «Да, почтенный, могут знать».

— «Вот так же, государь, видя, как приходят к покою великие слушатели, я знаю, что выше Блаженного никого нет».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»
2.141.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, возможно ли узнать, что выше Просветленного нет никого?» — «Да, государь, возможно узнать, что выше Блаженного никого нет».— «Каким образом, почтенный Нагасена, возможно узнать, что выше Просветленного никого нет?» — «Жил когда-то мастер письма2.142 по имени тхера Тишья2.143. Он умер уже много лет назад. Как можно о нем узнать?» — «По письму, почтенный».— «Вот так же, государь, кто видит дхарму, тот видит Блаженного, ибо дхарма преподана Блаженным».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»2.144.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты видел дхарму?» — «Направляемые Просветленным, по указанному Просветленным слушатели должны поступать по дхарме всю свою жизнь»2.145.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, существо и не переходит, и вновь воплощается?» — «Да, государь, и не переходит, и вновь воплощается»2.146.— «Каким образом, почтенный Нагасена, и не переходит, и вновь воплощается? Приведи пример».— «Например, государь, некто зажег от одного светильника другой светильник. 

Разве перешел один светильник в другой?» — «Нет, почтенный».— «Вот так же, государь, и не переходит, и вновь воплощается».— «Приведи еще пример».— «Государь! Ты, очевидно, выучил когда-то в детстве со слов учителя поэзии какой-то стих, не так ли?» — «Да, почтенный».— «Разве этот стих перешел к тебе от учителя?» — «Нет, почтенный».— «Вот так же, государь, и не переходит, и вновь воплощается».— «Пре-красно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, представляет ли собой знаток нечто?» — «В высшем смысле2.147 знаток представляет собой ничто, государь»,— молвил тхера. «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, переходит ли какое-либо существо из этого своего тела в иное тело?» — «Нет, государь».— «Если, почтенный Нагасена, нет переходящего из этого своего тела в иное тело, то существо, вероятно, освобождается от греховных деяний?» — «Да, государь, не будь нового воплощения, оно бы освободилось от греховных деяний. 

Но раз воплощается, государь, то отнюдь не освобождается от греховных деяний».— «Приведи пример».— «Например, государь, один человек стащил у другого манго. Заслуживает ли он наказания?» — «Да, почтенный, заслуживает».— «Но ведь он стащил не те манго, что посадил владелец; почему же он заслуживает наказания?» 

— «Эти манго, почтенный, появились благодаря тем, поэтому он заслуживает наказания».— «Вот точно так же, государь, этим образно-знаковым существо совершает деяние, праведное или греховное, а через это деяние воплощается иное образно-знаковое. Поэтому оно отнюдь не освобождается от греховных деяний».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»
2.148.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, существо совершает образно-знаковым благие и неблагие деяния; где находятся эти деяния?» — «Эти деяния следуют за ним «неотступно, как тень»2.149, государь».— «Но возможно ли, почтенный Нагасена, показать эти деяния: вот там-то и там-то эти деяния находятся?»— «Нет, государь. Невозможно показать эти деяния: вот там-то, мол, и там-то эти деяния находятся».— «Приведи пример».

— «Как ты полагаешь, государь: можно ли показать плоды тех растений, которые еще не плодоносят,— вот там-то и там-то эти плоды находятся?» — «Нет, почтенный».— «Вот так же, государь, невозможно показать деяния в непрервавшейся последовательности
2.150 — вот там-то, мол и там-то эти деяния находятся».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, знает ли тот, кто воплотится вновь, о том, что он воплотится?» — «Да, государь. Тот, кто воплотится вновь, знает о том, что воплотится».— «Приведи пример».— «Например, государь, хозяин-пахарь бросил семена в землю; знает ли он, если прошли хорошие дожди, что у него будет урожай?» — «Да, почтенный, знает».— «Вот так же, государь, тот, кто воплотится вновь, знает о том, что воплотится».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»2.151.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, есть ли Просветленный?» — «Да, государь, есть Блаженный».— Но возможно ли показать Просветленного, почтенный Нагасена: вот там-то и там-то Просветленный?» — «Блаженный ушел в окончательный и безостаточный покой, государь, поэтому невозможно показать Блаженного: вот там-то, мол, и там-то Блаженный».

— «Приведи пример».— «Как ты полагаешь, государь, возможно ли показать пламя большого, яркого костра: вот там-то, мол, и там-то это пламя — если оно уже потухло?» — «Нет, почтенный. Пламя угасло, его не показать».— «Вот так же, государь, Блаженный ушел в окончательный безостаточный покой, поэтому невозможно показать его: вот там-то, мол, и там-то Блаженный. Но через тело дхармы
2.152 возможно показать Блаженного, ибо дхарма преподана Блаженным».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Пятая глава закончена.

Глава шестая

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, мило ли монахам тело?» — «Нет, государь, монахам тело не мило».— «Что же вы, почтенный, носитесь с ним, возитесь с ним?» — «Скажи, государь, случалось ли тебе как-нибудь, когда-нибудь получать в сражении удар копьем?» 

— «Да, почтенный, случалось».— «Ведь рану и мазью смазывают, и маслом умащают, и мягкой тканью перебинтовывают, не так ли, государь?» — «Да, почтенный, и мазью смазывают, и маслом умащают, и мягкой тканью перебинтовывают».— «Что же, государь, мила тебе рана, раз ее тебе и мазью смазывают, и маслом умащают, и мягкой тканью перебинтовывают?»

 — «Нет, почтенный. И мазью смазывают, и маслом умащают, и мягкой тканью перебинтовывают ее для того, чтобы мышцы срослись».— «Вот так же, государь, отшельникам тело не мило. Монахи не прилепляются к телу, а заботятся о нем, чтобы блюсти воздержание
2.153. Вот и Блаженный, государь, уподобил тело ране, поэтому монахи заботятся о теле, как о ране. Ведь есть изречение Блаженного, государь:

«Влажной кожей обтянута рана девятивратная,

Кругом сочится гноем, нечистая, смердящая»2.154».

— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, верно ли, что Просветлённый всеведущ и всевидящ?»2.155 — «Да, государь, Блаженный всеведущ и всевидящ».— «Почему же правила поведения Просветлённый предписывает слушателям не все разом, а постепенно, почтенный Нагасена?» — «Есть ли такой знахарь, который знал бы все на свете целебные травы, государь?» 

— «Да, почтенный, есть».— «И когда же он поит больного отваром из них, государь: в должное время или в недолжное?» — «В должное время, почтенный, поит он больного отваром, не в недолжное».— «Вот так же, государь, Блаженный всеведущ и всевидящ; он не предписывал слушателям правила поведения в недолжное время, но предписывал их в должное время, и правила эти следует блюсти всю жизнь».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»
2.156.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, верно ли, что Просветлённый имеет тридцать два признака великого человека, отмечен к тому же восьмьюдесятью второстепенными приметами, с кожей золотистого цвета, на сажень вокруг светится?»2.157 — «Да, государь. Блаженный имеет тридцать два признака великого человека, отмечен восьмьюдесятью второстепенными приметами, с кожей золотистого цвета, на сажень вокруг светится».

— «А родители его, почтенный, тоже таковы, тоже имеют тридцать два признака великого человека, отмечены восмьюдесятью второстепенными приметами, с кожей золотистого цвета, на сажень вокруг светятся?» — «Нет, государь».— «И притом от них рождается Просветленный, имеющий тридцать два признака великого человека, отмеченный восьмьюдесятью второстепенными приметами, с кожей золотистого цвета, на сажень вокруг светящийся? 

Но ведь бывает так, что сын или мать напоминает, в мать рождается, или отца напоминает, в отца рождается».— «Существует ли, государь, столепестковый лотос?» — молвил тхера. «Да, почтенный, существует».— «И где же встречается?» — «В иле рождается, в воде покоится».— «Разве похож лотос на ил, государь, цветом, или запахом, или вкусом?» — «Нет, почтенный».— «Тогда на воду похож цветом, или запахом, или вкусом?» — «Нет, почтенный».

— «Вот так же, государь, Блаженный имеет тридцать два признака великого человека, отмечен восьмьюдесятью приметами, с кожей золотистого цвета, на сажень вокруг светится, но его родители не таковы: не имеют тридцати двух признаков великого человека, не отмечены восьмьюдесятью второстепенными приметами, кожа их не золотистого цвета, на сажень вокруг не светятся».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, Просветленный живёт по-брахмански целомудренно?» — «Да, государь, Блаженный живет по-брахмански».— «Стало быть, почтенный Нагасена, Просветленный — ученик Брахмы?» — «Есть у тебя, государь, верховой слон?» — «Да, почтенный, есть».— «И трубит этот слон кое-когда, иной раз?» — «Да, почтенный, трубит».

— «Он трубит, как журавли трубят, не так ли?» — «Да, почтенный, так же трубит».— «Стало быть, государь, этот слон — журавлиный ученик?» — «Нет, почтенный».— «А скажи, государь, Брахма светел умом или нет?» — «Светел, почтенный».— «Стало быть, государь, Брахма — ученик Просветленного»
2.158.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, посвящение прекрасно?» — «Да, государь, посвящение прекрасно».— «А Просветленный посвящен был или не был, почтенный?» — «Блаженный стал посвященным у комля древа просветления, государь, тогда же, когда обрел всеведущее знание; никто иной Блаженного не посвящал. Слушателям же Блаженный предписывает во время посвящения правила поведения, которые следует блюсти всю жизнь, так что у них есть посвящение, получаемое от другого человека»2.159.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, если один по умершей матери плачет, а другой из любви к Учению плачет, то из этих двух плачущих чьи слезы целительны, чьи нецелительны?» — «У одного, государь, слезы жаркие, страстью, враждебностью, заблуждением загрязненные, у другого же — радостные, удовлетворенные, свежительные, незагрязненные; что свежительно, то целительно, государь, что жарко, то нецелительно».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, в чем различие страстного и бесстрастного?» — «Один вожделеет, другой не вожделеет, государь».— «Как это, почтенный: вожделеет и не вожделеет?» — «У одного есть цель2.160, государь, у другого нет цели».— «Мне это видится так, почтенный: страстному ли, бесстрастному ли, а каждому лучшего хочется — что еды, что питья; греховного никому не хочется».— «Когда страстный ест, государь, он испытывает ощущение вкуса и испытывает страсть к вкусу; а когда бесстрастный ест, он испытывает ощущение вкуса, но не страсть к вкусу»2.161.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, мудрость где обитает?» — «Нигде, государь».— «Стало быть, почтенный Нагасена, нет мудрости».— «Ветер, государь, где обитает?» — «Нигде, почтенный».— «Стало быть, государь, нет ветра».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, ты упомянул «мирское кружение»2.162. Что такое мирское кружение?» — «Здесь родился, здесь и умер, государь; здесь умер, там родился; там родился, там и умер; там умер, в ином месте родился... Это и есть мирское, кружение, государь».— «Приведи пример».— «Например, государь, некто съел спелое манго, а косточку посадил; из нее вырастет большое манговое дерево, будет плодоносить; тогда тот человек опять съест спелое манго с этого дерева, а косточку посадит; из нее вырастет большое манговое дерево, и краю этим деревьям не видать. Вот так же, государь, некто здесь родился, здесь и умер; здесь умер — там родился, там и умер; там умер — в ином месте родился... Это и есть мирское кружение, государь».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, чем существо запоминает прошлое, давно свершенное?» — «Памятью, государь»2.163.— «Да ведь мыслью запоминает, почтенный Нагасена, а не памятью».— «Ты ведь припоминаешь нечто, государь, что когда-то сделал, а потом забыл?» — «Да, почтенный».— «Разве ты был в то время немыслящим?» — «Нет, почтенный, но памяти в то время у меня не было».— «Тогда почему ты говоришь, государь, будто запоминают мыслью, а не памятью?» — «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, всегда ли память от понимания, или бывает и воспитанная2.164 память?» — «Бывает и от понимания память, бывает и воспитанная память, государь».— «Все же, почтенный Нагасена, память всегда от понимания, нет воспитанной памяти».— «Если нет воспитанной памяти, государь, то и ремесленникам в ремеслах, в умениях, знаниях делать нечего, и в учителях толку нет. Но поскольку воспитанная память есть-таки, то и ремесленникам в ремеслах, в умениях, в знаниях есть что делать, и в учителях толк есть».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Шестая глава закончена.

Глава седьмая

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, сколькими способами2.165 возникает память?» — «Шестнадцатью способами возникает память, государь, вот такими шестнадцатью: прирожденной возникает память; воспитанной; от осознания величия, от осознания добра, от осознания зла, от подобия признаков, от расподобления признаков, от узнавания речей, от метины, от старания вспомнить, от движения рук2.166, от вычисления, от заучивания, от йогического освоения, от составления книги, от заклада. Но всегда память возникает о чем-то испытанном2.167

Вот как память возникает прирожденной: так же, как у достопочтенного Ананды, мирянки Кубджоттары или любого другого из тех, кто помнит свое собственное рождение
2.168; вот как память возникает воспитанной: некто по природе забывчив, а другие не отступаются от него, покуда он не запомнит; вот как память возникает от осознания величия: царь помнит помазание на царство или арий помнит обретение слуха2.169; вот как память возникает от осознания добра: пережив где-то счастье, человек запоминает: «Там-то я пережил такое-то счастье»; вот как память возникает от осознания зла: пережив где-то несчастье, человек запоминает: «Там-то я пережил такое-то несчастье»; вот как от подобия признаков возникает память: увидевши человека, похожего на мать, или отца, или брата, или сестру, запоминают его; или, увидевши верблюда, или быка, или осла, запоминают и другого похожего верблюда, или быка, или осла; вот как память возникает от расподобления признаков: человек запоминает, что у такого-то предмета вид — такой-то, звук — такой-то, запах — такой-то, вкус — такой-то, на ощупь он — такой-то2.170


вот как память возникает от узнавания речей: некто по природе забывчив, а другие ему напоминают, и он запоминает; вот как память возникает от метины: некто знает волов по тавру, знает по метине; вот как память возникает от старания вспомнить: некто по природе забывчив, и кто-то ему твердит: «Ну, вспомни же, вспомни же»; вот как память возникает от движения рук: выучившийся грамоте знает, что после такой-то буквы сразу же пишется такая-то
2.171; вот как память возникает от вычисления: выучившиеся вычислениям вычислители могут считать большие числа; вот как память возникает от заучивания: выучившиеся заучиванию начетчики многое могут читать наизусть; 

вот как память возникает от йогического освоения: припоминает монах разные прежние свои обиталища: одно рождение назад, два рождения назад и так далее — так он припоминает разные прежние свои обиталища
2.172; вот как память возникает от составления книги: припоминая, какой следует отдать приказ, цари велят принести книгу, и благодаря книге припоминают; вот как память возникает от заклада: человек, увидевши заложенную вещь, вспоминает. 

А вот как память возникает о чем-то испытанном: раз видел, то вспоминает зримое, раз слышал, то вспоминает звук, раз обонял, то вспоминает запах, раз вкушал, то вспоминает вкус, раз осязал, то вспоминает касание, раз осознавал, то вспоминает дхармы. Вот такими способами, государь, возникает память»
2.173.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, вы утверждаете: если кто-то сто лет будет творить дурные дела, но при смерти ему случится один раз вспомнить о Просветленном, то он родится среди небожителей. Мне в это не верится. И еще вы утверждаете, что из-за убиения всего лишь одного живого существа2.174 рождаются в кромешной. В это мне тоже не верится»2.175.

— «Как ты полагаешь, государь: поплывет ли по воде без лодки камень, хоть маленький?» — «Нет, почтенный».— «А если нагрузить корабль камнями со ста возов, поплывет он по воде?» — «Да, почтенный, поплывет».— «Благие деяния, государь, следует уподоблять лодке»
2.176.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, вы стараетесь для того, чтобы отбросить прошлые тяготы?» — «Нет, государь».— «Тогда вы стараетесь для того, чтобы отбросить будущие тяготы?» — «Нет, государь».— «Тогда вы стараетесь для того, чтобы отбросить теперешние тяготы?» — «Нет, государь».— «Если, почтенный Нагасена, вы стараетесь ни для того, чтобы отбросить прошлые тяготы, ни для того, чтобы отбросить будущие тяготы, ни для того, чтобы отбросить теперешние тяготы, то для чего же вы стараетесь?» — «Пожалуйста, государь: чтобы эта тягота пресеклась, иная тягота не появилась — вот для чего мы стараемся».— «Но разве есть, почтенный, будущие тяготы2.177?» 


— «Нет, государь».— «Перемудрили вы, почтенный Нагасена: тяготы, которых нет, отбросить стараетесь».— «Скажи, государь, бывает ли, что цари — соперники твои, неприятели, недруги на тебя войной идут?» — «Да, почтенный, бывает».— «Что же, государь, тогда вы и прикажете выкопать ров, возвести крепостные стены, срубить ворота, возвести сторожевые башни, накопить хлеба?» 

— «Нет, почтенный, все готовится заранее».— «Или, государь, ты тогда же и станешь учиться езде на слоне, учиться верховой езде, учиться управлять колесницей, учиться стрельбе из лука, учиться владеть мечом?» — «Нет, почтенный, всему заранее учатся».— «Зачем?» — «Чтобы отразить будущие опасно-сти, почтенный».— «Но разве есть, государь, будущие опасности?»— «Нет, почтенный».— «Перемудрили вы, государь: опасности, которых нет, отразить готовитесь».

— «Приведи еще пример».— «Как ты полагаешь, государь: ты, когда пить захочешь, тогда и прикажешь копать колодец, копать пруд, копать водоем — мне-де попить бы?» — «Нет, почтенный, все готовится заранее».— «Зачем?» — «Чтобы утолить будущую жажду, почтенный»— «Но разве есть, государь, будущая жажда?» — «Нет, почтенный».

— «Перемудрили вы, государь: жажду, которой нет, утолить готовитесь».— «Приведи еще пример».— «Как ты полагаешь, государь: ты, когда проголодаешься, тогда и прикажешь вспахать поле и высадить рис — мне-де каши бы поесть?» — «Нет, почтенный, все готовится заранее».— «Зачем?» — «Чтобы утолить будущий голод, почтенный».— «Но разве есть, государь, будущий голод?» — «Нет, почтенный».— «Перемудрили вы, государь: голод, которого нет, утолить готовитесь».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»
2.178.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, далеко ли отсюда до мира Брахмы?» — «Очень далеко отсюда до мира Брахмы, государь. Если оттуда свалится скала в дом величиной, то, пролетая в сутки сорок восемь тысяч йоджан, она достигнет земли через четыре месяца».

— «Почтенный Нагасена, вы утверждаете: не быстрее сильный мужчина согнутую руку выпрямит или прямую руку согнет
2.179, как обладающий сверхобычными силами монах, господин своего духа, исчезнет с материка Джамбу и внезапно появится в мире Брахмы. Мне в это не верится, слишком уж быстро преодолеет он все эти сотни йоджан».— «Где ты родился, государь?» — спросил тхера. «Есть, почтенный, остров Аласанда, там я и родился».— «Как далеко отсюда до Аласанды, государь?» — «Добрых две сотни йоджан, почтенный».— «Помнишь ты о чем-нибудь, что там делал? Не правда ли, государь?» — «Да, почтенный, помню».— «Легко же ты, государь, добрых две сотни йоджан прошел».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, если один умрет здесь и родится в мире Брахмы, а другой умрет здесь же и родится в Кашмире, то кто раньше, кто позже?» — «Одновременно, государь».— «Приведи пример».— «Где твой родной город, госу-дарь?»— «Есть местечко Каласи2.180, почтенный, там я и родился».— «Как далеко отсюда до Каласи, государь?» 

— «Добрых две сотни йоджан, почтенный».— «А как далеко отсюда до Кашмира, государь?» — «Двенадцать йоджан, почтенный».— «Ну-ка, государь, представь себе Каласи».— «Уже, почтенный».— «Ну-ка, государь, представь себе Кашмир»,— «Уже, почтенный».— «Что ты себе быстрее представлял, а что дольше, государь?» — «Одинаково, почтенный».— «Вот так же, государь, если один умрет здесь и родится в мире Брахмы, а другой умрет здесь и родится в Кашмире, то они родятся одновременно».

— «Приведи еще пример».— «Как ты полагаешь, государь: вот летели два сокола, один сел на высокое дерево, другой сел на низкое дерево, притом оба одновременно; чья тень раньше дойдет до земли, чья тень позже дойдет до земли?» — «Одновременно, почтенный».— «Вот так же, государь, если один умрет здесь и родится в мире Брахмы, а другой умрет здесь же и родится в Кашмире, то они родятся одновременно
2.181».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, сколько всего звеньев просветления?» — «Семь, государь, звеньев просветления».— «И сколькими же звеньями просветления человек просветляется?» — «Одним звеном просветления просветляется, государь: звеном всепросветления, называемым «разбор дхарм».— «Почему же, почтенный, говорится о семи звеньях просветления?» 

— «Как ты полагаешь, государь: если меч лежит в ножнах, не взят в руку, может ли он что-либо разрубить?» — «Нет, почтенный».— «Вот так же, государь, звеном всепросветления, называемым «разбор дхарм», без прочих шести звеньев просветления человек не просветляется».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, что больше — достойное или недостойное2.182?» — «Достойное больше, государь, недостойное меньше».— «Почему же?» — «Совершающий недостойное раскаивается в том, что совершил грех, и потому, государь, грех не растет. Совершающий же достойное, государь, не раскаивается, раз нет раскаяния, то является веселость, от веселости является радость, от радости тело2.183 становится надежным, от надежности тела ощущается приятное, у ощущающего приятное мысль сосредоточивается, сосредоточенный постигает то, что есть2.184, поэтому достойное растет. 

Да ведь если человек с усеченными ступнями и кистями рук подаст Блаженному стебелек лотоса, то он девяносто одну кальпу не попадет в преисподнюю
2.185, потому я и говорю, что достойное больше, недостойное меньше».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Если один заведомо грешит, почтенный Нагасена, а другой по неведению грешит, то у кого больше недостойного?» — «У того, кто по неведению грешит, недостойного больше»,— молвил тхера.— «Стало быть, почтенный Нагасена, если у нас царевич или сановник грешит по неведению, то нам его вдвойне наказывать?» 

— «Как ты полагаешь, государь: если нагретый железный жар, горячий, накаленный докрасна, жаром пышущий, двое схватят: один зная схватит, другой не зная схватит — то кто сильнее обожжется?» — «Кто не зная схватил, почтенный, тот и обожжется сильнее».— «Вот так же, государь, кто грешит по неведению, у того недостойного больше».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»
2.186.

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, может ли кто-нибудь во плоти добраться до северного материка Куру, или до мира Брахмы, или еще до какого-то материка?» — «Да, государь, есть такие, кто может в этом же теле, составленном из четырех больших сутей2.187, добраться и до северного материка Куру, и до мира Брахмы, и до другого какого-либо материка».

— «Каким образом, почтенный Нагасена, они могут в этом же теле, состав-ленном из четырех больших сутей, добраться и до северного материка Куру, и до мира Брахмы, и до другого какого-либо материка?» — «Ты ведь перепрыгиваешь на земле расстояние в пядь или две, государь, не так ли?» — «Да, почтенный, конечно. Я и на шестнадцать пядей прыгаю».

— «Как ты прыгаешь на шестнадцать пядей, государь?» — «У меня является мысль: приземлиться туда-то. С появлением такой мысли тело становится для меня легким».— «Вот так же, государь, обладающий сверхобычными силами монах, господин своего духа, устанавливает тело на мысль
2.188 и силой мысли летит по воздуху».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, вы говорите о костях длиной сто йоджан. Но ведь даже деревьев длиной сто йоджан и то нет. Откуда же взяться костям в сто йоджан длиной?» — «Как ты полагаешь, государь: водятся ли в океане рыбы длиною пятьсот йоджан? Слыхал ты об этом?» — «Да, почтенный, слыхал».— «Но ведь у рыбы в пятьсот йоджан длиной как раз и будут кости длиной сто йоджан»2.189.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, вы утверждаете, будто можно пресечь вдохи и выдохи»2.190.— «Да, государь, можно пресечь вдохи и выдохи».— «Каким образом, почтенный Нагасена, можно пресечь вдохи и выдохи?» — «Ты когда-нибудь слышал, государь, как кто-то храпит?» — «Да, почтенный, слышал».— «Если человек согнется, то прекратится его храп, государь?»

 — «Да, почтенный, прекратится».— «Если этот звук у того, кто не освоил тело, не освоил нравственность, не освоил мысль, не освоил мудрость, может прекратиться, то неужели не может пресечь вдохи и выдохи тот, кто освоил тело, освоил нравственность, освоил мысль, освоил мудрость, вошел в четвертую стадию созерцания?» — «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, есть такое слово «океан». Почему вода называется океаном?» — «Столько-то воды, государь, соответственно соли; столько-то соли, соответственно воды, потому и называется океаном2.191».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, почему вкус океана один — соленый?» — «От долгого стояния в нем воды, государь, вкус океана один — соленый».— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, все ли тонкое можно помыслить?» — «Да, государь, все тонкое можно помыслить».— «А что такое, почтенный, все тонкое?» — «Все тонкое, государь, это дхарма, но не все дхармы тонки. И тонкое и грубое суть обозначения дхарм. Все, что должно быть помыслено, мыслит мудрость, помимо мудрости, мышления нет»2.192.— «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Царь молвил: «Почтенный Нагасена, есть дхармы: сознание, мудрость, душа живого существа. Эти дхармы — и разные предметы, и разные слова или предмет один, слова только разные?»2.193 — «Свойство сознания — осознавать, государь, свойство мудрости — мудровать2.194, а душа представляет собой ничто».— «Если душа представляет собой ничто, то кто же тогда зрением видит зримое, слухом слышит звук, обонянием чует запах, язы-ком вкушает вкус, телом осязает осязаемое, умом осознает дхармы?» 

— «Если это душа зрением видит зримое (---) умом осознает дхармы,— молвил тхера,— то, если вырвать проходы зрения, она должна отчетливее увидеть зримое, ибо к ней будет обращено большее пространство, а если вырвать уши, вырвать нос, вырвать язык, разорвать поверхность тела, то она должна отчетливее услышать звук, почуять запах, вкусить вкус, осязать осязаемое, ибо к ней будет обращено большее пространство?».— «Нет, почтенный».— «Стало быть, государь, душа живого существа представляет собой ничто».— «Прекрасно, почтенный Нагасена»
2.195.

Тхера молвил: «Трудное дело сделал Блаженный, государь».— «Какое трудное дело сделал Блаженный, почтенный Нагасена?» — «Трудное дело сделал Блаженный, государь: последовательно описал различия всех безобразных дхарм — ума и дхарм, связанных с ним,— разворачивающихся на единой опоре: вот соприкосновение, вот ощущение, вот распознавание, вот побуждение, вот мысль»2.196.

— «Приведи пример».— «Например, государь, некто вышел на корабле в открытое море, зачерпнул пригоршню воды и попробовал ее на вкус. Сможет ли, государь, этот человек узнать: вот вода из Ганги, вот вода из Ямуны, вот вода из Ачиравати, вот вода из Сараю, вот вода из Махи?» — «Трудно узнать, почтенный».— «Но то, что сделал Блаженный, еще труднее: он последовательно описал различия всех безобразных дхарм — ума и дхарм, связанных с ним,— раз-ворачивающихся на единой опоре: вот соприкосновение, вот ощущение, вот распознавание, вот побуждение, вот мысль».— «Спасибо, почтенный»,— поблагодарил царь
2.197.

Седьмая глава закончена.

Завершение беседы.

«Ты не знаешь, государь, который теперь час?» — спросил тхера. «Знаю, почтенный. Сейчас вечерняя стража уже кончилась, полуночная стража идет; зажигают четыре факела из ткани, смоченной в конопляном масле,— тебя проводят, как меня самого»2.198.— «Прекрасно, государь, умен монах»,— молвили греки. «Верно, любезные, умен тхера. Если уж встретились такой учитель, как он, да такой ученик, как я,— тут быстро можно понять Учение». 

Обрадованный ответами тхеры Нагасены на свои вопросы, царь Милинда пожаловал ему шерстяное одеяло ценой сто тысяч каршапан и сказал: «Почтенный Нагасена! Я приглашаю тебя восемьсот дней совершать трапезу у меня
2.199; если тебе что-то нужно во дворце, то этим тоже располагай».— «Полно, государь, не нужно мне этого».— «Я понимаю, почтенный Нагасена, что не нужно, но ты и себя огради от пересудов, и меня огради. Вот в каком смысле огради себя: пойдут досужие пересуды, что Нагасена-де удовлетворил царя беседой, но ничего не получил от него. 

Огради себя от этого. Вот в каком смысле огради меня: пойдут досужие пересуды, что царя Милинду-де сполна удовлетворили ответами и беседой, а он и виду не подает, что удовлетворен. Огради меня от этого».— «Пусть так, государь».— «Я ведь, почтенный, как лев, царь зверей: сидит в золотой клетке, а смотрит наружу. Вот и я, почтенный, хоть и живу в миру, а все наружу смотрю. Если бы я из дому ушел в бездомность, я бы недолго прожил — много у меня недругов».

Итак, почтенный Нагасена ответил на вопросы царя Милинды, встал и ушел в обитель. Вскоре после ухода почтенного Нагасены царю Милинде подумалось: «Так ли я все спрашивал? Так ли почтенный отвечал?» И царь Милинда решил: «Хорошо я все спрашивал, хорошо все почтенный отвечал». И достопочтенному Нагасене, когда он вернулся в обитель, подумалось: «Так ли царь Милинда все спрашивал? Так ли я отвечал?» 

И достопочтенный Нагасена решил: «Хорошо все царь Милинда спрашивал, хорошо я все отвечал». И вот рано поутру, когда миновала ночь, достопочтенный Нагасена встал, оделся, взял в руку миску, надел верхнюю одежду и пришел в чертоги царя Милинды. Придя, он сел на предложенное сиденье. 

А царь Милинда приветствовал достопочтенного Нагасену и сел подле. И, сидя подле достопочтенного Нагасены, царь Милинда сказал ему: «Не думай, почтенный, будто я оттого не спал остаток ночи, что был доволен тем, как задал тебе вопросы. Это не так. В оставшуюся часть ночи я подумал: «Так ли я все спрашивал, так ли почтенный отвечал? 

Хорошо я все спрашивал, хорошо почтенный отвечал». И тхера сказал: «Не думай, государь, будто я оттого не спал остаток ночи, что был доволен тем, как отвечал на твои вопросы. Это не так. В оставшуюся часть ночи я подумал: «Так ли все царь Милинда спрашивал, так ли я отвечал? Хорошо все царь Милинда спрашивал, хорошо я все отвечал». Так эти великие мужи поблагодарили друг друга за хорошую беседу.

В «Вопросах Милинды» вопросы и ответы закончены.



Комментарии

2.1 Учтиво и дружественно расспросил его о жизни — формульное выражение, заимствованное из Канона. Подразумевается довольно длительный и церемонный обмен любезностями.

2.2 Нагасена, Шурасена, Вирасена, Симхасена — мужские имена, этимологически «войско слонов (или змиев)», «войско героев», «войско витязей», «войско львов». Здесь не представлена личность — na h'ettha puggalo upalabbhati. Перевод не вполне точен из-за отсутствия адекватного соответствия палийскому upalabbhati. Удачно можно передать это по-латыни: persona hic non concipitur.

2.3 Восемьдесят тысяч монахов — в китайском варианте «восемьдесят монахов».

2.4 Приемлемо ли это, можно ли согласиться с этим — заимствованное из Канона выражение (Д XV.34).

2.5 Кто нравственность блюдет? Кто прилежит созерцанию? Кто следует стезей, получает плоды, осуществляет покой? — упомянуты три главные составляющие буддизма как культуры личности: 1) культура поведения — нравственность; 

2) культура психики — йога, созерцание; 3) культура понимания— мудрость. Последняя, в свою очередь, выражается последовательностью этапов совершенствования — четырьмя «стезями», т. е. актами продвижения к окончательной цели — «прекращению тяготы», и соответствующими им «плодами» — устойчивыми результатами. Этапы таковы: а) обретение слуха (sotapatti; см.: Парибок А. В. Понятие первой арийской личности в связи с символикой воды в буддизме.— Литература и культура древней и средневековой Индии. М., 1987, с. 150—162);

 б) возвращение единожды (sakadagamita); в) безвозвратность (anagamita); святость или архатство (arahattam). Словом «покой» переведен условно-этимологически термин nibbanam (нирвана), поскольку здесь и повсюду в кн. II он лишь упоминается, но не рассматривается и, таким образом, считается как бы сам собою понятным. В последних вопросах кн. III, содержащих образное описание и зачатки теории нирваны, слово оставлено без перевода.

2.6 Кто живых убивает ... Кто пьянствует …— названы нарушения пяти минимальных нравственных требований буддизма.

2.7 Пять тотчас воздаваемых деяний — пять чернейших преступлений, неминуемо влекущих посмертное немедленное («тотчас») воздаяние в аду: отцеубийство, матереубийство, убийство святого, пролитие крови Будды (убить его невозможно), раскол буддийской общины.

2.8 Реминисценция из канонической сутры «Плоды шраманства», где сходные взгляды высказывают Аджита Волосяное Одеяло: «Нет деяния, нет жертвования, нет всесожжения, нет у деяний хороших и дурных ни плода, ни последствия» (Д 11.23) — и Пурана Кашьяпа: «Тот, кто жизнь пресекает, без спросу берет, грабит со взломом, разбойничает... к чужой жене входит, лжет — тот не свершает дурного» (Д 12.17).

2.9 У вас — у буддистов.

2.10 Учитель наставлял послушника (samanero) в сутрах, а наставник — в «Уставе».

2.11 Волосы ... головной мозг — перечислены составляющие организма согласно схеме так называемого «памятования о теле» (kayagatasati) — аналитического созерцательного упражнения, подробно разработанного в Висуддхимагге (гл. VIII), но кратко упоминаемого уже в канонических текстах. С анатомической точки зрения перечень, конечно, весьма несовершенен. Важно число членов перечня 32=25. Мультипликативные структуры нередко играют мнемоническую и символизирующую роль в подобных перечнях.

2.12 Образное ... сознание — перечислены «пять груд» (khandha), т. е. пять компонент-блоков функционирующей психики.

2.13 Милинда в своем ответе опровергает, как ему кажется, два высказывания Нагасены: 1) «Здесь нет личности» и 2) «Сподвижники называют меня Нагасеной». В первом случае он пытается вывести из высказывания абсурдные («если кто-то умертвит вас, он не свершит убийства»), а также неприемлемые для буддиста положения («нет хорошего, нет дурного... нет у деяний праведных и неправедных ни плода, ни последствия»). 

Во втором случае он, не удовлетворяясь личным местоимением («меня называют»), доискивается, что же называют Нагасеной, и безуспешно, ибо в принятой им самим постановке вопрос положительного ответа не имеет. О связи двух высказываний Нагасены Милинда не задумывается, его эффектное и напористое выступление лишено цельности.

2.14 Поручни — rathadandako, букв, «палка (шест) колесницы» (?). В переводе Т. В. Рис-Дэвидса слово опущено, Шрадер переводит Fahnenstock. В китайском тексте (---), т. е. палка, флагшток.

2.15 В китайском переводе, по П. Демьевилю, порядок и перечисление деталей несколько иной: les essieux, les jantes, les rayons, les moyeux, le timon, le joug, la plateforme, la hampe du dais, le dais.

2.16 Вследствие — paticca. Слово выражает обусловливание в самом широком смысле.

2.17 Просто имя — в отличие от колесницы (выше), где было сказано «имя». Ведь имя нарицательное имеет некий смысл благодаря внутренней форме, если она у него есть, а собственное имя смысла не имеет, если не получает вторичного смысла по носителю (Хлестаков и пр.), т. е. оно — «имя и только».

2.18 Цитата из С V.I0.6, где не утверждается, однако, что эти слова были произнесены в присутствии Будды. Более полный контекст см. в приложении 5. Вторая строка подразумевает противопоставление «истинного по общему мнению» (sammutisaccam, что в махаяне превратилось в samvrtisatyam «прикровенную истину») — здесь это представление о существе — и «истинного в высшем смысле» (paramatthasaccam) — здесь это понятие груд.

2.19 «Я? Семь лет, государь». В подлиннике sattavasso'ham, что, если не считаться с раздельным либо слитным написанием, а в устной форме — с интонацией, можно понять двояко: 1) «Я есмь семь лет» и 2) «Я — семилетний». Именно эту неоднозначность и заметил Милинда.

2.20 Тень и отражение — на пали равно chaya.

2.21 Противника запутывают перебором случаев... встречные различения (avethanam nibbethanam, niggaho, patikammam, viseso, pativiseso) — эристические термины. Перебор случаев avethanam, букв, «завертывание»): например, некто утверждает, что личность существует в высшем смысле. Поскольку оба диспутанта признают, что существующее в высшем смысле есть дхарма, а число дхарм конечно и все они известны, то можно их все перебрать и показать противнику его ошибку. 

Толкование это предположительно; слово avethanam не встречается в терминологическом контексте ни в Катхаваттху («Предметах спора»), ни в Никаях («Сводах»), Возможно, что речь идет просто о запутывании противника. Nibbethanam этимологически означает «уничтожить результат действия avethanam». Опровержение (niggaho) есть показ логической непоследовательности противника, например выведение из его тезиса следствий, неприемлемых для него самого. 

Встречный ход (patikammam — опровержение опровержения, выдвигаемое защитником оспариваемого тезиса. Различения (viseso): на вопрос вроде «Верно ли, что А есть Б?» дается ответ: «В одних случаях да, в других — нет». Встречные различения (pativiseso): либо дальнейший разбор обоих случаев, выделенных противником, либо непризнание предложенного противником различения и противопоставления ему другого, своего (толкование предположительно).

2.22 В китайском тексте добавление: «Глупцы в споре не способны сами понять, победили они или потерпели поражение. Они занимаются придирками. Им нужна только победа». Кажется, что это — тонкий намек на возможное поведение Милинды.

2.23 Фраза «Могу я спросить тебя?» есть вопрос, который уже задан.

2.24 Сел на коня — по мысли Я. В. Василькова (см. его статью «О возможности греческого влияния на «Вопросы Милинды», в печати), царь, как потерпевший поражение в диспуте, проиграл Нагасене колесницу. В древнейшем словесном состязании такое было, по-видимому, правилом, но в «Вопросах Милинды» это скорее лишь намек на памятный еще обычай, ибо принять колесницу от царя Нагасена, как монах, не мог.

2.25 В китайском тексте порядок предложений иной: «Изволь уведомить почтенного, Девамантия, что беседовать мы с ним будем завтра во дворце». И Девамантия сказал достопочтенному Нагасене: «Почтенный, царь Милинда говорит, что беседовать вы будете завтра во дворце».— «Спасибо»,— поблагодарил тхера. А царь встал с сиденья, попрощался с Нагасеной, сел на коня и уехал, продолжая думать об имени «Нагасена». Он повторял про себя: «Нагасена, Нагасена...».

2.26 Девамантия, Анантакая, Манкура. Ранее исследователи предлагали для этих непривычных с индийской точки зрения имен греческое происхождение. Т. В. Рис-Дэвидс (The Questions of King Milinda. Transl. from the Pali by T. W. Rhys Davids. Vol. 1. Oxf., 1890, с. XIX) предложил возводить Anantakayo к ?, что довольно сомнительно, ибо тогда естественно было бы ожидать скорее Antakho или Antiyakho. Другие гипотезы (см.: Demieville Р. Les versions chinoises, с. 94) еще менее правдоподобны. 

Учитывая соседство очень странного имени Sabbadinno (Всё-отдам — см. след. примеч.), можно допустить, что и остальные «имена» — только отчасти подлинные, на деле же значащие. В древнеиндийской литературе персонажи со значащими именами не так уж редки. Девамантия возводим к Devamantrin «советник царя», Аnаntakayo значит примерно «великан», a Mankura — «робкий человек». Ср. кн. I, примеч. 102.

2.27 Всё-отдам — пали Sabbadinno, значащее имя, смысл которого противоположен характеру его носителя. Поскольку показ данного несоответствия есть главное назначение следующего далее пассажа, имя пришлось перевести.

2.28 Интермедия со скупцом, носящим «щедрое» имя, введена специально для того, чтобы еще раз подчеркнуть правоту Нагасены: «в имени не познается личность», т. е. по имени нельзя сказать, что за человек его носит. В китайском тексте вместо «Всё-отдам» стоит наивное имя «Скупец». Царь говорит после троекратного повторения реплик: «Ты и вправду беспримерный скупец! Не зря тебя так зовут». Ясно, что китайские переводчики поняли текст плоско, но сама их ошибка помогает догадаться о главном смысле беседы о «Нагасене» и колеснице. Этот смысл — не в обсуждении проблемы личности с буддийской точки зрения, но в рассмотрении отношения слов (имен собственных и нарицательных) к предметам и лицам, ими обозначаемым.

2.29 Троекратное повторение однотипных реплик (раковина, дудочка, рог) содержательно совершенно излишне и введено по традиции. Три отдельных случая уже создают некое множество, общее правило.

2.30 В абхидхарме имеется так называемая «тройка пар слагаемых» (sankhara): 1) телесные — вдох и выдох, 2) речевые — задумывание и продумывание и 3) психические — ощущение и распознавание.

2.31 Анантакая следует неписаному правилу: проигравший в споре становится последователем победителя.

2.32 Мирская одежда — dussayugam, не вполне ясное слово. Предложенный Перевод опирается на имеющееся здесь противопоставление dussayugam и civaro «монашеского одеяния»; ср. также далее, в начале кн. III: царь снимает с себя «всегдашнюю мирскую одежду» (pakatidussayugam) и облачается в «желтое рубище» (kasayam).

2.33 У нас есть цель, государь — atthena mayam maharaja atthika. Это столь же означает и «у нас есть смысл жизни и предмет нашей заинтересованной деятельности».

2.34 Истинно — пали samma, санскр. samyak, этимологически примерно «всесторонне»; в буддизме означает соответствие объективности своему понятию.

2.35 Каноническая реминисценция, ср. № 68: «Но вы, Анируддха, не царем доведенные, из дому в бездомность ушли; не грабителями доведенные, из дому в бездомность ушли; не оттого, что всё в долгу, из дому в бездомность ушли; не для того, чтобы добыть себе пропитание, из дому в бездомность ушли; «погружен я в рождение, старость, смерть, в печали, стенания, тяготы, уныние, отчаяние; погружен в тяготы, обречен тяготам; хоть бы конец узреть всему этому множеству тягот»,— вероятно, думая так, Анируддха, ушли вы из дому в бездомность?» (слова Будды).

2.36 Сам знаю и сам вижу — намек на частое в Каноне выражение «знание-вuдение освобожденности» (vimuttinanadassanam). Нагасена, возможно, дает понять царю, что полностью овладел Учением Будды и стал святым, но ср. ниже, примеч. 38.

2.37 Прекрасно — пали kallo'si. Хотя слово kallo на пали есть, такое синтаксическое и ситуационное использование его странно и нигде, кроме текста ВМ, причем только в устах царя или в конце кн. II — греков (но не в устах Нагасены!), не встречается. 

Как можно догадаться, здесь мы имеем обиходное греческое слово «хорошо, ладно, прекрасно», употребляемое именно в подобных контекстах. Оно слегка переосмыслено в духе народной этимологии, что нетрудно, благо др-инд. корня kal и греч. родственны, и употреблено в качестве речевой самохарактеристики греков. Такой факт означает, ко-нечно, значительность бытового и языкового смешения в эллинистических государствах индийского Северо-Запада в эпоху диадохов.

2.38 Это противоречит свидетельству кн. I о том, что Нагасена уже добился святости, а возможно, и сказанным только что словам «сам знаю и сам вижу».

2.39 Любопытно, что слоны не упомянуты. Это — косвенное свидетельство в пользу создания текста на индийском Северо-Западе.

2.40 Ячмень — возможно, он упомянут здесь как самый распространенный злак.

2.41 Ум — manasam, синоним слова cittam — «мысль». Истинное внимание (voniso manasikaro), непоясняемое далее в тексте ВМ, толкуется в Асл 109 как «включенная в груду слагаемых дхарма, которую можно считать для сопряженных с нею дхарм как бы возницей в том смысле, что она «поставляет» объект сознания сознанию». Уподобление внимания и мудрости действиям правой и левой руки может быть более глубоким, чем представляется на первый взгляд, и намекать на прекрасно практически и по-своему теоретически известную буддизму функциональную асимметрию мозга.

2.42 Перечислены так называемые «пять орудий» (pancendriyani) — подгруппа благих дхарм, входящая в большую группу из 37 «просветлительных дхарм» (см. след. примеч.). По Висуддхимагге (с. 129—130), подгруппа членится на монаду памятования и две диады: вера — мудрость и усилие — сосредоточение. «Нравственность» к орудиям не относится, упомянута как общая основа совершенствования.

2.43 Перечислены, во-первых, «просветлительные дхармы» (bodhipakkhiya dhamma) в непривычном порядке (обычный порядок: постановки памятования, истинные начинания, основы сверхобычных сил, орудия, силы, звенья просветления, стезя), а затем некоторые йогические термины, которые в отличие от «просветлительных дхарм» означают не столько постоянные свойства совершенствующейся личности, сколько процессы самого созерцания. Объяснить их крайне сложно и для понимания текста ВМ не обязательно.

2.44 Любые растения... из отводков или семян — заимствование из М 35.

2.45 Вновь заимствование оттуда же.

2.46 Из стихотворной сутры «Колтун» (С VII. 1.6). См. приложение 6. Строфа использована также в начале Висудохимагги Буддхагхоши как указание на троичность буддийской самокультуры.

2.47 Строфа явно более позднего сочинения. В Каноне отсутствует.

2.48 См. кн. I, примеч. 29.

2.49 Одна из семи драгоценностей миродержца.

2.50 Весь пассаж, начиная со слов «Представь, государь, что царь-миродержец...», цитируется в «Ниве эксегесы», где вера также объясняется через свойства прояснять и устремлять (Асл 98).

2.51 Чтобы обрести необретенное, достичь недостигнутого, осуществить неосуществленное — выражение заимствовано из Канона (A V.78).

2.52 Высоко в горах... И река вздулась и вышла из берегов — образ дословно заимствован из Канона (С XII.23.27).

2.53 Толпа народу (mahajanakayo) — нередкое каноническое выражение в случаях, когда говорится об адресатах Учения.

2.54 Из сутры «Алавийский якша», встречающейся в Каноне дважды (Сн 2.10 и С Х.12). См. приложение 7.

2.55 Оба приведенных Нагасеной примера (с бревном, с войском) воспроизводятся в «Ниве эксегесы» с ссылкой на «Вопросы Милинды» (Асл 99).

2.56 Усердный — предпринимающий усилия. Характерная черта специальной буддийской терминологии — использование всех синонимов, существующих в языке, для передачи либо одного и того же понятия, либо его оттенков, т. е. воспроизведение синонимии как общеязыкового свойства языком профессиональным. Так, в строго абхидхармистском, т. е. философско-психологическом, смысле тождественны значения слов «усилие», «усердие», «мужество», «рвение», «старание», «радение», «энергичность» и пр. (мы приводим русские аналоги соответствующих древнеиндийских слов).

 Эту особенность принятого в буддизме способа выражаться полезно иметь в виду, чтобы не удивляться и не видеть непоследовательности или аморфности мышления, встречая, например, в сходных или тождественных контекстах слова «мудрость», «постижение», «понимание» и т. п.

2.57 Упоминать — apilapanam-api+lapanam (от корня lap). Комментаторы разлагают это слово иначе: а + pilapanam = «не давать уплыть». Такое толкование сомнительно лингвистически, ибо тогда был бы невозможен личный глагол apilapeti (поскольку отрицание чисто именное), а глагол этот встречается. Но содержательно это толкование приемлемо и даже удачно.

2.58 Пример повторен в «Ниве эксегесы» (Асл 100).

2.59 Драгоценный наследник — parinayako, одна из семи драгоценностей миродержца. Традиция не едина в понимании этого слова, иногда считают, что это полководец.

2.60 Пример повторен в «Ниве эксегесы» (Асл 100).

2.61 С XLVI.53.21.

2.62 Низины... склоны... скаты сосредоточения — заимствованное из канонической литературы клише.

2.63 Пример дословно повторен в «Ниве эксегесы» (Асл 97).

2.64 Пример перефразирован в «Ниве эксегесы» (Асл 97).

2.65 Прежде чем изменить подлежащее изменению, т. е. прежде чем браться пресекать тяготу, следует усмотреть, что есть налицо: понять, что есть тягота и что она есть, а также бдительно примечать все происходящее. Первое есть «истинное вuдение» и составляет первый значительный шаг на пути пресечения тягот, а второе достигается прежде всего упражнением себя в «постановках памятования», будучи, таким образом, уже частью «пути освоения». Цитируемое высказывание Будды встречается в Каноне несколько раз, см. А Х.2.1 и пр.

2.66 Пример цитируется в «Ниве эксегесы» (Асл 101).

2.67 Символика света свойственна буддизму не менее, чем западным религиозно-философским учениям.


2.68 Становится — uppajjati. Учитывая большую важность переводимого контекста для истории философии, мы отдали предпочтение эквиваленту, звучащему более абстрактно; можно было бы перевести «возникает» или «рождается». Глаголы uppajjati, sambhoti, jayati употребляются в древнеиндийском как полные синонимы. Все они сочетаются и со словами, обозначающими одушевленных существ (соответствуя тогда рус. «рождаться»), и с названиями вещей и процессов (рус. «возникать», «появляться», «становиться»).

2.69 Капелька, листочек, мешочек, комочек (kalalam, abbudam, pesi, ghanam) — условный перевод терминов эмбриологии. Точнее было бы «зигота, бластоцист, хорион, гаструла». Названия стадий утробного развития имеются уже в Каноне, см., например, С Х.1.3.

2.70 Все это связано воедино благодаря телу — kayam nissaya sabbe te еkаsangahita. Другой вариант — с опорой на тело.

2.71 Время от заката до восхода делилось на три равных промежутка, называемые стражами.

2.72 Иным существо становится, иным преходит. Если становление понимать как единство моментов возникновения и прехождения, то предложенный здесь перевод нелогичен, но такое употребление термина «становление» не единственно.

2.73 Очередное сознание — pacchimavinnanam. Т. В. Рис-Дэвидс понимает как «последнее сознание (перед осуществлением нирваны)», но контекст этого не требует. Pacchima может означать просто «более поздний». Пример со светильником использован со сходной целью в «Основоположениях срединной философии» (Mulamadhyamakakarika) Нагарджуны: «Теперь автор, объясняя, каким образом невыводима ни конечность, ни бесконечность мира, т. е. ни то и ни другое, говорит: «Поскольку эта последовательность скандх подобна пламенам светильника, то логически несвязно утверждать, что ока конечна или бесконечна» (ММК, с. 587).

2.74 Последовательность превращений «молоко — простокваша — сливочное масло —топленое масло» не раз упоминается в канонической литературе в связи с рассуждениями о процессах изменения. Ср. в особенности Д IX.48—53.

2.75 Причина, основание — hetu, рассауо. В систематической буддийской философии термины hetu и рассауо строго различны, но первое есть вид второго, а употребление их в паре, как здесь и далее, это лишь навеянная каноническими текстами риторическая фигура.

2.76 Знание и мудрость суть одно и то же только по содержанию. Из дальнейшего становится ясным, что знание, будучи результатом акта мудрости, не исчезает, как однажды написанное письмо.

2.77 Навыки — sippatthanam, т. е. любое профессиональное умение.

2.78 Врач (vejjo) — знаток лечебных трав, терапевт.

2.79 Из-за того что слово vedana равно значит «ощущение» и «боль», данный пассаж не вполне понятен в переводе. Поясним его. Считается, что архат (тот, кто не воплотится) не испытывает неприятных ощущений, т. е. переживаний (ощущение ведь толкуется Нагасеной, как и вообще в буддизме, в смысле психического опыта, переживания), кроме безусловно-физиологических, т. е. собственно физической боли как разновидности осязаемого. 

Но у него нет неприятных переживаний от дурного зрелища, звука и пр., тем более — от знаковых раздражителей, воздействующих на личность (например, он не может обидеться, рассердиться и т. п.). Поскольку состояние архата следует признать реальностью, а не выдумкой, то можно усомниться в правильности этого утверждения: вряд ли даже у архата отвратительная вонь, долгие, очень громкие звуки, мелькание света и тьмы перед глазами не вызвали бы неприятных ощущений, хотя, по абхидхармистской классификации, эти раздражители не принадлежат к осязаемому, а потому причисляются к опорам «дурного умонастроения» (domanassam), а не к опорам «телесной боли». 

Если высказанные соображения верны, то теория архата в данном случае не соответствует предмету. Источник цитирования — С XXXVI.1.6.

2.80 Эта проблема более подробно рассматривается в кн. III (вопрос 57).

2.81 Святой способен прервать свою жизнь особым йогическим усилием, но может иметься в виду и добровольная голодная смерть и пр.

2.82 Не рвут святые незрелый плод; разумные дожидаются, пока он созреет — заимствованное из канонической литературы клише. См., например, Д XXIII.13: «Нет, раджанья. Нравственные, следующие благой дхарме шраманы и брахманы не подгоняют незрелый плод созреть; разумные дожидаются, пока он созреет».

2.83 Из ТГ 1002 и 1003. Шарипутре принадлежат здесь собственно только слова «в трезвом уме и в памяти». Первая строфа не раз встречается в древнеиндийской литературе; см.: Indische Sprache. Sanskrit und Deutsch. Hrsg. O. Bohtlingk. T. 2. St.-Pbg., 1872, c. 281.

2.84 В своем паралогизме о «благом неприятном» царь подменил термин: в первом своем вопросе — «Каково приятное ощущение?» — он имеет в виду все множество ощущений, а во второй реплике — элемент этого множества. Получился ошибочный вывод. В опровергающем примере Нагасены «жечь» соответствует «неприятному», «высокая температура» — «благому», «низкая температура» — «неблагому». Упомянутые Нагасеной шесть шестерок разъясняются в ранней протоабхидхармистской сутре «Анализ шести каналов» (М 137):

«Что такое шесть мирских довольств? У воспринимающего — и думающего об этом — познаваемые зрением, слухом, обонянием, языком, осязанием, умом зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы — приятные, милые, желанные, отрадные — или у вспоминающего о прошлом восприятии таких же, но теперь прошлых, пресекшихся, переменившихся объектов восприятия появляется довольство. Такое довольство именуется мирским довольством.

Что такое шесть беспохотных довольств? С вuдением бренности зримого, звуков, запахов, вкусов, касаний, дхарм вознимет благодаря пониманию их превратности бесстрастие и пресечение тяги к ним: «И прошлые зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы и нынешние — все эти зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы бренны, тягостны, неизбежно превратны». От такого истинно-мудрого понимания того, что есть, появляется довольство. Такое довольство именуется беспохотным довольством.

Что такое шесть мирских недовольств? У невоспринимающего — и думающего об этом — познаваемые зрением, слухом, обонянием, языком, осязанием, умом зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы — приятные, милые, желанные, отрадные — или у вспоминающего о прошлом невосприятии таких же, но теперь прошлых, пресекшихся, переменившихся объектов восприятия появляется недовольство. Такое недовольство именуется мирским недовольством.

Что такое шесть беспохотных недовольств? С вuдением бренности зримого, звуков, запахов, вкусов, касаний, дхарм возникает благодаря пониманию их превратности бесстрастие и пресечение тяги к ним: «И прошлые зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы и нынешние — все эти зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы бренны, тягостны, неизбежно превратны». 

От такого истинно-мудрого понимания того, что есть, появляется зависть к высшим состояниям свободы: «Ах, когда же это я доберусь до той стоянки и заживу на ней, до которой добрались, на которой живут теперь арии? » Так у питающего зависть к высшим состояниям свободы появляется недовольство. Такое недовольство именуется беспохотным недовольством.

Что такое шесть мирских безразличий? При видении зрением зримого, слышании слухом звука, чуянии обонянием запаха, вкушении языком вкуса, осязании телом касания, сознавании умом дхарм у глупого, заблудшего человека-из-толпы, — не победившего ограниченности, не победившего последствий деяния, не усматривающего бедственности, не слыхавшего проповеди человека-из-толпы появляется безразличие. Такое безразличие не преодолевает зримых объектов, звуков, запахов», вкусов, касаний, дхарм, поэтому такое безразличие именуется мирским.

Что такое шесть беспохотных безразличий? С вuдением бренности зримого, звуков, запахов, вкусов, касаний, дхарм возникает благодаря пониманию их превратности бесстрастие и пресечение тяги к ним: «И прошлые зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы и нынешние — все эти зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы бренны, тягостны, неизбежно превратны». 

От такого истинно-мудрого понимания того, что есть, появляется безразличие. Такое безразличие преодолевает зримые объекты, звуки, запахи, вкусы, касания, дхармы, поэтому такое безразличие именуется беспохотным».

2.85 Образно-знаковое — namarupam. Термин, встречающийся еще в старших упанишадах. Там он представляет собой выражение анализа психического объекта; всякий объект в самом деле есть в общем случае некоторый чувственный образ + название. В буддизме этот термин означает в противоположность упанишадам деление психики в целом. 

Образное есть первая «груда» (skandha), составленная из чувственных объектов и функций воспринимающих их органов; в некоторых школах добавляется еще несколько дхарм. В совокупности они дают материал для любой последующей психической перера-ботки (оценки, смыслообразования, стимула к действию и т. п.), из-за чего нередко слово rupam переводится как «материя», что неправильно. 

Ясно, что rupam — не объективная реальность и что она не независима от нас. Собственно материальное в организме есть анатомически-телесное и исчисляется 32-членным перечнем (см. начало кн. II), куда rupam не входит, ибо Милинда называет ее отдельно, после всех организмических составляющих. Знаковое — все прочие дхармы, т. е. четыре груды, кроме rupam.

2.86 Знаком (---) передано палийское слово ре, употребляемое для сокращения стереотипных повторов и известных читателям перечней (матрик).

2.87 В Северо-Западной Индии сеновалы часто устраиваются на чердаке крестьянского дома, как и в России.

2.88 Образ молока и получившейся из него простокваши использован Нагарджуной в ММК XIII.3 для сходных целей.

2.89 Попросил у царя должность — ranno adhikaram kareyya. Употребленный здесь каузатив позволяет перевести именно так, а не «сослужил царю службу», как предпочитает Т. В. Рис-Дэвидс. При его прочтении приходится слово adhikaro передавать в близком соседстве по-разному: «служба» и «должность».

2.90 В китайском тексте стоит не «зародыш и яйцо», а «содержимое яйца и скорлупа», что кажется более отвечающим смыслу.

2.91 Букв. «Какое-то время есть, какого-то времени нет».

2.92 Разделение прошлого времени на сущее и не-сущее свидетельствует о принадлежности первоначального текста ВМ к школе кашьяпия. В отличие от сарвастивадинов, признававших реальность прошлого и будущего, и тхеравадинов, отрицавших её, кашьяписты отстаивали компромиссный тезис: есть прошлое событие, результаты которого еще не проявились, и нет прошлого, отработавшего и исчерпавшего себя. Нагасена именно это и утверждает. Если так, то ВМ предстают едва ли не единственным сохранившимся памятником этой школы, крайне плохо известной; они могут быть использованы для реконструкции её воззрений.


2.93 Введена формула «причинно-связанного возникновения» (paticcasamuppado), считающаяся в буддизме универсальным выражением любых психофизиологических процессов. Существуют десятки других её вариантов. Объяснить эту формулу пока невозможно, ибо ни один из исследователей её поистине не понял.

2.94 Для канонической литературы такие упражнения в геометрии нехарактерны. Соблазнительно видеть в этом греческое влияние.

2.95 В подлиннике суммирующее слово ре, применяемое для сокращения однотипных контекстов.

2.96 Прилагательное «умный» следует здесь понимать в его исконном значении — как «относящийся к уму», а не в более позднем качественном («имеющий хороший ум»).

2.97 Предложенный сокращенный вариант-интерпретация формулы причинно-связанного возникновения в канонических сутрах и в текстах тхеравадинской абхидхармы не встречается, но без труда выводим из других вариантов и удивительно напоминает представления современной физиологии (рефлекторная дуга).

2.98 Сучья — khandha, это же слово как психологический термин переводится «груда».

2.99 Данный параграф дефектен и в палийской и в китайской версиях и восстанавливается, хотя и без полной уверенности, на основании их обеих. В палийском тексте лакуна, не хватает реплики или двух, перепутано расположение реплик. Буквально сказано следующее.

(1)Царь: «Почтенный Нагасена, то, что, не быв, становится, быв, преходит — не пропадает ли оно, отсеченное с обеих сторон?» — (2) Нагасена: «Если, государь, отсеченное с обеих сторон пропадает, отсеченное с обеих сторон можно нарастить».— (3) Непонятно, кто говорит: «Да, и это можно нарастить».— (4) Царь: «Я не об этом спрашиваю, почтенный. Можно ли нарастить с края?» — (5) Нагасена: «Да, можно нарастить».— «Приведи пример». Тхера привел ему пример с деревом: «Сучья и всего множества тягот семена».— Царь: «Прекрасно, почтенный Нагасена».

Если попытаться восстановить текст, который имели перед собой китайские переводчики, освободив их перевод от допущенных ими ошибок и поясняющих слов, то после реплики (1) должно, по-видимому, следовать: (2') Нагасена: «Да, пропадает».— (3') Царь: «Не отсеченное с обеих сторон можно и нарастить?» — (4') Нагасена: «Можно ли нарастить с обеих сторон бытие существ, странствующих, мчащихся в мирском кружении?» — (5') Царь: «Я не об этом спрашиваю. 

Можно ли нарастить с края?» В предложенной реконструкции принимается последовательность реплик 1—2'—3'—3 (с учётом 4')—4—5. Конец параграфа испорчен, но пропущенное сравнение сансары с последовательностью воспроизведения растения из семени известно (ср., например, начало гл. 3), что позволяет восстановить смысл текста.

Поясним теперь ход мысли собеседников. Нагасена утверждает, что «первый край», т. е. первоначало во времени, не познается для всего мира в целом или для любого отдельного существа: доискиваясь до его истоков, мы можем узнать некоторое число прошлых его существований, но в конце концов упремся в неведение «всего, относительно всего, во всех отношениях». Притом, конечно, безразлично, идет ли речь о нашем собственном прошлом или о прошлом других существ. 

Зато познается временное начало любого отдельного существования в последовательности жизней. Милинда спрашивает, есть ли вообще смысл в понятии середины, если пропали начало и конец. Нагасена подтверждает: смысла действительно нет. Но, замечает царь, если мы так отсекли соотносимые понятия начала, середины и конца, то, вероятно, возможна и обратная операция? Нагасена эту тему не поддерживает, возвращаясь к сказанному прежде: если существо умерло и у него таким образом отсечены оба конца (рождение и смерть), то это не значит, что оно не может появиться вновь. 

Милинду же интересует не процесс смены существований, а сама возможность обосновывать известное (налично данные существа) неизвестным, т. е. непознаваемым началом. Как можно основывать нечто на том, что не познается, а то и, быть может, не существует вовсе (глагол pannayati в этом смысле не так однозначен, как его русский перевод «познается»)? На это Нагасена отвечает ему примером с деревом: дерево имеется налицо; никто не спорит с тем, что оно выросло из семени, но указать начало его семени невозможно (оно не познается, например, из-за крайней своей малости). Невозможно также указать и начало всей последовательности семя — дерево — семя — дерево, но это не мешает дереву существовать. Так же и с живыми существами. 

Сравнение звучит на пали тем убедительнее, что слово khandho совмещает в себе значения «развилка, начало ветвления» (это первое значение данного слова) и «груда» как абхидхармистский термин.

Дальнейшее изучение этого важного пассажа не обойдется без сравнения его с гл. II Прасаннанады Чандракирти, посвященной «первому и последнему краям» (purvaparakoti).

2.100 Обобщение на другие органы чувств и ум в тексте опущено, но подразумевается.

2.101 Нет слагаемых, возникающих из ничего. Все слагаемые возникают из чего-то — natthi keci sankhara ye abhavanta jayanti, bhavanta yeva kho sankhara jayanti, букв. «Нет никаких слагаемых, которые не-сущими рождаются, слагаемые только сущими рождаются».

2.102 Уподобление вuне заимствовано из Канона (С XXXV.205.6).

2.103 Нижний брусок... трут — составные части приспособления для добывания огня трением. Перевод некоторых названий предположителен.

2.104 Изображение — atta, санскр. atman(!).

2.105 Знаток — vedagu, букв, «знающий знание (или веды)». В канонической литературе слово встречается только как прилагательное «знающий».

2.106 Тело (kayo) считается целиком органом осязания.

2.107 Проход (dvaro), букв, «дверь, ворота» — полустершееся метафорическое название органов чувств.

2.108 Выломать — в тексте стоит ugghateti — «распахнуть». Исправлено по китайской версии и по параллельному месту ниже (в гл. VII).

2.109 Сетчатые — для защиты от москитов.

2.110 Проходы зрения — глаза.

2.111 Имярек — Dinno, ср. санскр. Devadatta.

2.112 Традиционно насчитывается либо шесть приведенных здесь основных вкусов, либо четыре, с исключением острого и вяжущего.

2.113 Мёд (madhu) — как и по-русски, не только пчелиный продукт, но и напиток.

2.114 Под уклон, в проход, по наезженной дороге, благодаря освоенности — ninnatta, dvaratta, cinnatta, samudacaritatta. По-видимому, это понятийно организованный перечень, поясняющий взаимодействие двух типов сознания. Из дальнейшего изложения можно заключить, что данная четверка выражает: 1) энергетический, 2) структурный, 3) общефункциональный и 4) частнофункциональный, относящийся к использованию условных знаковых систем,— аспекты связи первично-чувственного и последующего этапов осознания.

2.115 Само соприкосновение в перечне не названо, поскольку, как говорилось выше, оно есть соединение зрения, зримого и зрительного сознания и поэтому подразумевается.

2.116 Пример цитируется в «Ниве эксегесы» (Асл 89).

2.117 В злом уделе, в аду, в чистилище, в преисподней — синонимический перечень заимствован из Канона (Д XXIII. 6).

2.118 В благом уделе, в горнем мире — каноническое выражение.

2.119 Ту дхарму, которую он осознает умом, он осознает сознанием — в подлиннике тоже дважды употреблен один и тот же глагол «осознавать» — vijanati. Ум (mano) не отличается от сознания, имеющего предметом дхармы, по своему качеству, это лишь сознание предыдущего момента психической жизни, становящееся объектом сознания в следующий момент. Пример цитируется в «Ниве эксегесы» (Асл 93).

2.120 Притираться мыслью — anumajjana. Слово засвидетельствовано только в буддийских текстах. Оно соединяет в себе значения трех корней с приставкой anu-: 1) majj «погружаться» (+ anu «повторно»); 2) mrj «драить, полировать» и 3) mrs «обдумывать». В итоге получается «отделывать (словесно оформленную) мысль, погружаясь в предмет, притираясь к нему».

2.121 В слегка измененном виде цитируется в «Ниве эксегесы» (Асл 94).


2.122 Иными словами, реальна живая целостность психических процессов, дхармы идеальны, а их свойства выделяются для познавательных и практических потребностей. Отсюда уже недалеко до махаянского положения о «пустоте всех дхарм».

2.123 Пришли в состояние предметного многообразия — gocarananattam gata.

2.124 Эта фраза (Nagasena—Milindaraja—panha nitthita) отсутствует в китайском варианте. Т. В. Рис-Дэвидс предлагает считать ее колофоном, заканчивающим кн. II. При том, что далее действительно встречаются интерполяции, изрядная часть последующей беседы должна быть отнесена к первоначальному тексту. Поэтому вернее понимать данную фразу буквально и согласно порядку слов, т. е. «Вопросы Нагасены к царю Милинде закончены» — и считать ее пометой переписчика. Действительно, здесь мы имеем единственный случай, когда спрашивал тхера, а не царь.

2.125 Отметим структуру перечня: три свойства природных, три — социальных и ум, равно значимый для обеих групп. Перечень заимствован из Канона (М 135).

2.126 У всех существ... свое деяние... Деяние делит существ — крушит или возносит — важнейшее каноническое положение, означающее, что деяние (karma) есть субстанция существ.

2.127 Из С III.2.2, но там это произносит не Блаженный, а божество Кшема.

2.128 Для этого требуется температура внутренних слоев Солнца.

2.129 Формулировка вопроса царя напоминает «вопросы-рогатины». Возможно, что данный вопрос следует отнести к промежуточному этапу формирования «Вопросов Милинды», приведшему затем к написанию кн. III.

2.130 Силою деяния — пали kammadhikatena.

2.131 Знаменательно упоминание гречанок наряду с представительницами древнеиндийских варн и к тому же на первом месте. Греки (и потомки смешанных браков) были, вероятно, столь многочисленны, что воспринимались как привилегированная варна.

2.132 Вновь троекратное повторение однотипных примеров.

2.133 Царь цитирует Канон (А VIII.70.12). По поводу упомянутого натурфилософского воззрения ср. кн. III, вопрос 4. Первоначально этот фрагмент был переведен условно: «Тхера взял сосуд с очень узким горлышком, перевернул его и спросил царя Милинду». Я. В. Васильков на обсуждении перевода высказал замечательную догадку, что речь идет о греческой клепсидре — водяных часах, использовавшихся в суде. Палийское название сосуда dhammakarako также может указывать на суд (dhammo). В китайском тексте говорится, что Нагасена обмакнул три сложенных пальца в чернильницу и показал царю, как капля чернил держится силою поверхностного натяжения в углублении между ними.

2.134 Покой — это пресечение? — nirodho — nibbanam? Данный вопрос является, по-видимому, одним из самых ранних свидетельств появляющегося интереса к «покою» (пали nibbanam, санскр. nirvana), воспринимаемому в канонических текстах как нечто само собой понятное и не нуждающееся в особом объяснении. Размышления об этом привели впоследствии к созданию теории нирваны. См. кн. III, гл. 8.

2.135 Отрывок целиком скомпонован из канонических цитат.

2.136 Познать... изведать — в подлиннике глаголы и отглагольные формы с корнем jna и разными приставками: abbinneyyam, abhijanati, parinneyyam, parijanati. Перечень («познать, изведать, оставить, освоить») известен из Канона.

2.137 Обсуждению того, что есть покой (нирвана), как он переживается и кто его достигает, посвящены вопросы 65 и 79—82 в кн. III.


2.138 В пали — Uhanadi, в китайском тексте — «место слияния пятисот водяных потоков». По предположению С. Леви, палийское Uhanadi следует понимать этимологически как «сливную реку» (см.: Demieville P. Les versions chinoises, с. 152). Имеется в виду буддийское космологическое представление об озере Анаватапта, из которого в четырех направлениях вытекают четыре великих реки.

2.139 Вопрос вновь поднимается и подробно обсуждается в кн. IV.

2.140 В китайском тексте иной перечень рек: Ганга, Синдху, Сита, Вакшу, .... Сита — одна из четырех мифических рек, течет на восток. Возможно, что это фактически верховья Брахмапутры. Вакшу — Амударья; последнюю реку отождествить не удается: кит. арх. *sia-pia-'i (Demieville P. Les version chinoises, c. 230—231).

2.141 Проблеме существования и непревосходимости Просветленного посвящена кн. IV ВМ.

2.142 Мастер письма — lekhacariyo.

2.143 Ближе неизвестен. Безусловно, не автор трактата «Предметы спора».

2.144 Возможно, что два предыдущих абзаца составляли исходно один вопрос и разделены были впоследствии.

2.145 В тексте, очевидно, лакуна.

2.146 Вопрос и ответ специально направлены против школы саутрантиков-санкрантиков, учивших, что скандхи переходят из одной жизни в другую.

2.147 В высшем смысле — paramatthena. Выше (см. кн. I, примеч. 85) переводилось «высшая цель».

2.148 Предыдущие два абзаца являются очевидной вставкой, повторяя содержание бесед из гл. 3 и гл. 2, и добавлены скорее всего из желания дотянуть количество вопросов в гл. 5 до десяти.

2.149 Из Дхп 2.

2.150 В непрервавшейся последовательности — abbocchinnaya santatiya. Если деяния принесли уже свои плоды, исчерпали себя, то данная частичная последовательность (частичная потому, что весь индивид целиком есть закономерная последовательность состояний) прервалась и плоды — последствия деяний — можно указать.

2.151 Здесь скорее всего интерполяция. Этот вопрос был бы более на месте выше, в гл. 2.

2.152 Тело дхармы — dhammakayo. Любопытно здесь это упоминание сугубо махаянского термина, хотя имеется в виду просто текст Учения, как смысловая целостность.


2.153 Блюсти воздержание — не только в узком смысле, но и заниматься психическими упражнениями, для чего плохое здоровье было бы помехой.

2.154 В таком виде не найдено в канонической литературе, хотя высказывания в подобном духе не редкость; ср. Дхп 148: «Этот облик одряхлевший — куст болезней, груда гнили». Однако следует иметь в виду, что подобные слова произносятся не как истинные сами по себе, но как благотворные для определенного типа людей, чрезмерно влекущихся к телесному, и должны помочь им избавиться от этой психологической зависимости. Они могут служить подспорьем для так называемых «созерцаний отвратительного», предписываемых страстным и чувственным людям. Никому и в голову не пришло бы навязывать их человеку унылому и склонному видеть жизнь в черном свете: ему бы говорили о плодотворности усилий, о радости избавления от аффектов и пр.

2.155 О понимании всеведения, присущего Будде, см. кн. III, вопрос 2.

2.156 Проблема вновь и более подробно рассмотрена в кн. III (вопрос 68).

2.157 О тридцати двух признаках см. кн. I, примеч. 63; второстепенные приметы также относятся к особенностям внешнего облика. Золотистый цвет кожи, как можно предположить, вызван длительными упражнениями в сосредоточении и задержках дыхания, из-за чего может перестраиваться кровообращение в кожных капиллярах. Свечение — наивно-бытийное, непосредственное выражение того, что нынешние «экстрасенсы» именуют рефлективным и скрытотавтологичным термином «излучение биополя». Сажень (vyamo) определяется одинаково с русской мерой.

2.158 Параграф целиком построен на игре слов. См. разбор его в исследовательской статье.

2.159 Текст параграфа кажется дефектным. Возможные конъектуры даны в скобках, но они все же не дополняют текста до конца.

2.160 У одного есть цель — eko atthiko.

2.161 Различение этих двух переживаний — контакта-присвоения сознанием объекта, с одной стороны, и страсти-влечения к этому объекту, с другой стороны,— введено уже в Каноне в тех же терминах; см. С XXXV.70.7—8.

2.162 В дошедшем до нас тексте нет такого упоминания.

2.163 Память — sati. В гл. 1 переводилось как «памятование». В пали и в санскрите это слово совмещает обиходное и специально-абхидхармистское значения.

2.164 Воспитанная — katumika-caнcкp. *krtrimika.


2.165 Способ — akaro. Другой вариант перевода — «форма».

2.166 Движение рук — mudda. Можно было бы подумать, что речь идет о памяти на числа благодаря умению вычислять на пальцах, но см. ниже в тексте объяснение.

2.167 Но всегда память возникает о чем-то испытанном.— В китайском тексте этой фразы нет. Это совершенно иное объяснение памяти, не вяжущееся с предыдущим, и по счету должно было бы быть семнадцатым. Исходя из этого и сделана конъектура.

2.168 Кто помнит свое собственное рождение — jatissara. Слово часто означает «помнящий прошлые рождения», но такая память упомянута далее в тексте особо (см. примеч. 8), а Ананда и Кубджоттара известны из Канона как обладатели отличной памяти, но не утверждается, что они помнили о своих прошлых жизнях. Отсюда избранный вариант перевода.

2.169 Обретение слуха — в специфическом буддийском смысле, т. е. переход в арийское состояние. Комментируемая фраза — сокращенная цитата из Канона (А III.12). Там говорится: «Царю-кшатрию, на царствие помазанному, три места всю жизнь помнятся: где родился, где на царствие был помазан, где в битве победил. А монаху три других места всю жизнь помнятся: где постриг принял, где понял истины арьев, где стал святым».

2.170 Эту разновидность памяти по контексту предпочтительно понимать как вспоминание по смежности, а не по контрасту, как сказано буквально в подлиннике.

2.171 Имеется в виду моторная память.

2.172 Припоминает монах ... свои обиталища — стереотипное выражение из канонической литературы.

2.173 Перечень разновидностей памяти не имеет аналогов в трактатах по абхидхарме. Структура его пока больше не ясна, чем ясна. Выделяются — отчасти по формальным, отчасти по содержательным признакам — две группы по восемь разновидностей памяти, между которыми также усматриваются некоторые параллели. Выяснение логики перечня (в той мере, в какой она есть) представляет собою отдельную нелёгкую задачу.

2.174 По-видимому, имеется в виду умышленное человекоубийство. Существуют рассказы о том, как святые случайно, сами того не заметив, совершали убийства живых существ, и это не считалось проступком.

2.175 Формулировка вопроса Милиндой, как и выше (см. кн. II, гл. 4, примеч. 8), подразумевает альтернативу и приближается к «вопросам-рогатинам» кн. III.

2.176 Последняя фраза явно противоречит общему смыслу контекста. Ведь о «благих деяниях» речь не шла — вспомнить о Будде вовсе не считается «деянием». Можно предполагать, что конец параграфа в палийской версии испорчен. На основании китайского перевода и с учетом оформления сравнений в тексте гл. 1 он гипотетически восстанавливается примерно так: «Вот точно так же, государь, если кто-то сто лет будет творить дурные дела, но при смерти ему случится один раз вспомнить о Просветлённом, то он родится среди небожителей. А маленький камень здесь следует уподоблять тому, кто из-за убиения всего лишь одного живого существа родится после смерти в кромешной».

2.177 Вопрос странен: Нагасена не утверждал, что старается отбросить будущие тяготы.

2.178 Вероятно, следует весь этот абзац считать позднейшей вставкой; по большей части он является дословным повтором из гл. 4.

2.179 Обычное в канонической литературе сравнение.

2.180 Каласи — ближе неизвестно. Не есть ли это еще более сокращенная и искаженная, чем приведенное выше слово «Аласанда», передача того же греческого ? Метатеза к и 1 — явление вполне возможное.

2.181 Строго говоря, речь идет не о рождении, а о моменте зачатия или аналога ему в мире Брахмы.

2.182 Достойное и недостойное — то же, что благие и неблагие деяния.

2.183 Под телом здесь имеются в виду первые четыре груды, за исключением пятой груды (сознания), т. е. собственно организм.

2.184 Совершающий достойное не раскаивается... постигает то, что есть — цитата из канонической литературы С XLII.13.14).

2.185 Руки по запястья и ноги по щиколотки усекали за тяжкие преступления; такой человек мог быть убийцей, вором, разбойником, а значит, деяния повлекли бы его в преисподнюю. По Нагасене, однако, ничтожного подношения Просветлённому довольно, чтобы на многие миллионы лет обрести небесное блаженство. Вера в действенность поклонения Будде развивается в буддизме исподволь и является уступкой неразвитому религиозному сознанию Мирян. См. подробное рассмотрение родственной проблемы в кн. III (вопрос 1).

2.186 Точка зрения Нагасены, безусловно, верна. Любителям авторитетов можно указать иа согласие с нею Сократа (см.: Ксенофон. Воспоминания о Сократе, IV.2.19—22), Платона («Гиппий меньший»), Аристотеля («Никомахова этика», III.2), Гегеля («Основы философии права», § 140). Близкие проблемы рассмотрены также в кн. III (см. вопросы 16 и 58).

2.187 Четыре большие сути — четыре материальные первостихии, совпадающие с античными: огонь, вода, земля, воздух.

2.188 Устанавливает тело на мысль — kayam citte samaropetva. Понятно, что речь идет об особой психической готовности, но в целом выражение остается загадочным.

2.189 В действительности, как можно предположить, дело обстояло наоборот: представление о рыбах баснословной величины родилось из рассказов о коралловых рифах, которые вполне могли восприниматься как огромные рыбьи кости, лежащие на дне. Повлияли, конечно, и рассказы о китах. Преувеличение размеров тем более вероятно, что индийцы в массе своей даже о море знали только понаслышке.

2.190 Имеются в виду йогические упражнения и состояния с задержкой дыхания, особенно состояние торможения (nirodho).

2.191 Т. В. Рис-Дэвидс видит здесь народную этимологию: samuddo «океан» = sama «ровно, поровну» + ud aka «вода». Это кажется натяжкой. Пожалуй, смысл более естественен: вода называется особым словом «океан», а не просто водой, когда она отличается от воды в прочих водоемах своей соленостью.

2.192 В палийском тексте вместо cintetum «помыслить» всюду chinditum «отсечь, рассечь», что делает отрывок непонятным. Хотя в гл. 1 и говорилось, что «свойство мудрости — отсекать», но здесь-то речь идет не об аффектах, а обо всех дхармах. Исправлено на основании китайского перевода, где находим (---), обычно переводящее глагол cinteti. Т. В. Рис-Дэвидс предлагает понимать здесь слово «дхарма» в двух смыслах: в единственном числе — как Учение, а во множественном — по-абхидхармистски. Но, как кажется, если принять сделанную здесь конъектуру, то в этом нет надобности, а в противном случае смысл остается неясным и при его прочтении.

2.193 Эти дхармы — и разные предметы, и разные слова? — ime dhamma nanattha c'eva nanavyanjana ca? Сложные слова nanattha и nanavyanjana допустимо толковать и как существительные, и как прилагательные; последний вариант даст: «Эти дхармы — и разнопредметные и разновыраженные или же однопредметные, только выражение разное?» Таким образом, дхарма принимается как единство предмета и обозначающего его знака. Терминологическое оформление восходит к Канону (см., например, М. 43).

2.194 «Мудровать» по-русски звучит непривычно, но в подлиннике отглагольная форма от той же основы pra+jna>panna «мудрость»; pajanana «мудровать».

2.195 Заключение параграфа интерполировано из гл. 3.

2.196 Перечисленные пять дхарм соотносятся каждая с одной из груд в принятом порядке перечисления последних. В китайском тексте речь идет о пяти каналах, а не о данной связке дхарм.

2.197 Нагасена видит главную заслугу Будды в создании аналитического рассмотрения психической целостности, т. е. в чисто познавательном, философском достижении.

2.198 Зажигают четыре факела из ткани, смоченной в конопляном масле,— тебя проводят, как меня самого — конъектура на основе китайской версии. В палийском тексте ukka padipiyanti, cattari patakani anattani. Gamissanti bhandato rajadeyya, что без конъектуры непонятно. Соответствующее место китайского текста Демьевиль переводит так: «Ainsi le roi ordonna aux sujets de son entourage de prendre quatre pieces de cotonnade, de les tremper dans l'huile de chenevis et de les porter en guise de torches: «II faut reconduire Na-Sien, servez respectueusement Na-Sien, comme vous serviriez moi-meme». Можно предположить, что в пали bhandato заменяет первоначальное bhangato — «из конопли» (ср. de chenevis). Целиком отрывок в первоначальном виде восстановить не удается.

2.199 Букв, «с завтрашнего дня назначаю тебе восемьсот порций».





Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой нажмите клавиши 'Ctrl'+'Enter'