ГАРМОНИЯ
обратный звонок
Позвоните нам
8 (916) 006-76-46
8 (495) 588-75-32

Йога клуб Мытищи

Детский центр

Танцы

Танцы для детей

Шахматная школа

Услуги

Календарь событий

Мастер-классы

Тренинги, семинары

Контакты

Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика
поиск
 
подписка на новости
 

Вопросы-рогатины Книга третья Глава 2

Главная    |   Библиотека    |   О йоге    |   Буддийская традиция    |   Вопросы Милинды    |   Вопросы-рогатины Книга третья Глава 2

Вопросы-рогатины
 Книга третья
 Глава 2


Вопрос 1 (11)

— Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Со сверхзнаниеми3.1 не иначе, монахи, проповедую я Учение». О положениях Устава говорится, однако: «После моей смерти, Ананда, пусть отменяет община, если того пожелает, малые и меньшие правила поведения»3.2. Что же, почтенный Нагасена, плохо были установлены малые и меньшие правила поведения? Или напрасно установлены, по незнанию? Почему разрешил Блаженный отменить после своей смерти малые и меньшие правила поведения? 

Если, почтенный Нагасена, Блаженный говорил: «Со сверхзнанием, и не иначе, монахи, проповедую я Учение», то ложно утверждать: «После моей смерти, Ананда, пусть отменяет община, если того пожелает, малые и меньшие правила поведения». Если Татхагата сказал о положениях Устава: «После моей смерти, Ананда, пусть отменяет община, если того пожелает, малые и меньшие правила поведения», то ложно утверждать: «Со сверхзнанием, и не иначе, монахи, проповедую я Учение». Вот еще вопрос обоюдоострый, тонкий, скользкий, изощренный, глубокий-преглубокий, с трудом постижимый. Тебе он поставлен. Яви же в знании мощь и стремительность.

— Есть изречение Блаженного, государь: «Со сверхзнанием, и не иначе, монахи, проповедую я Учение». О положениях же Устава говорится: «После моей смерти, Ананда, пусть отменяет община, если того пожелает, малые и меньшие правила поведения». Но последнее, государь, Татхагата сказал, желая испытать монахов: «Если дам я ученикам послабление, то отбросят ли они после моей смерти малые и меньшие правила поведения или будут им следовать?» 

Представь, государь, что царь-миродержец обращается к сыновьям: «Огромна эта страна, сыновья мои; омывается она со всех сторон морями. Тем войском, что у нас есть, сыновья мои, трудно будет ее удержать. После моей смерти лучше бы вам отступиться от дальних, окраинных земель». Скажи, государь, разве откажутся царевичи после смерти отца от власти над дальними, окраинными землями, от областей, которыми владеют?

— Нет, почтенный. Цари — народ ненасытный; вдвое, втрое против прежнего, почтенный, загребут себе земли жадные до власти царевичи, не то что не отступятся от областей, которыми владеют.

— Вот, государь, точно так же и Блаженный, желая испытать монахов, сказал: «После моей смерти, Ананда, пусть отменяет община, если того пожелает, малые и меньшие правила поведения». Но жадные до Учения сыны Просветленного, государь, скорее установят полтораста новых правил поведения, только чтобы избавиться от тягот, не то что не отменят правил поведения, установленных прежде.

— Почтенный Нагасена, слова Блаженного «малые и меньшие правила поведения» вызывают у многих сомнения, смущение, колебания, неуверенность: «Что такое малые правила поведения, а что меньшие правила поведения?»

— Малые правила поведения, государь, касаются дурных действий, а меньшие правила поведения — дурных речей. Вот что такое малые и меньшие правила поведения. Даже у великих тхер прошлого, государь, были в этом разногласия, даже они не были едины. Блаженный ответил на этот вопрос в проповеди о сохранности Учения3.3.

— Давно утраченное, забытое в Учении Победителя, почтенный Нагасена, явил, открыл ты сегодня миру.

Вопрос 2 (12)

— Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Татхагата Учение в кулак не прячет, Ананда»3.4. Но на вопросы тхеры, сына Малункьи, он не ответил3.5. У моего вопроса, почтенный Нагасена, может быть два решения: или Блаженный не знал ответа, или скрывал. Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «Татхагата Учение в кулак не прячет, Ананда», то на вопрос тхеры, сына Малункьи, он не ответил по незнанию. Если же заведомо не ответил, то тогда выходит, что Татхагата Учение в кулак прячет. Вот вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать.

— Есть, государь, изречение Блаженного: «Татхагата Учение в кулак не прячет, Ананда». А на вопрос тхеры, сына Малункьи, он действительно не ответил, но не по незнанию и не из скрытности. Есть четыре рода вопросов, государь, по ним и ответы. Бывает однозначный ответ, ответ с оговоркой, ответ встречным вопросом, ответ отклонением вопроса3.6.

Каковы, государь, вопросы, на которые отвечают однозначно? Например: «Образное бренно?» — на такой вопрос отвечают однозначно. Или: «Ощущение бренно?», «Распознавание бренно?», «Слагаемые бренны?», «Сознание бренно?» — на такие вопросы отвечают однозначно3.7.

Каковы вопросы, на которые отвечают с оговоркой? Например: «Бренное — это образное?» — на такой вопрос отвечают с оговоркой. Или: «Бренное — это ощущение?», «Бренное — это распознавание?», «Бренное — это слагаемые?», «Бренное — это сознание?» — на такие вопросы отвечают с оговоркой3.8.

Каковы вопросы, на которые отвечают встречным вопросом? Например: «Зрением ли существо все распознает?» — на такой вопрос отвечают встречным вопросом3.9.

Каковы вопросы, на которые отвечают отклонением вопроса? Вот они: «Мир вечен?», «Мир невечен?», «Мир конечен?», «Мир бесконечен?», «Мир и конечен и бесконечен?», «Мир ни конечен, ни бесконечен?», «Одно ли и то же душа и тело?», «Душа — одно, а тело — другое?», «Существует татхагата после смерти?», «Не существует татхагата после смерти?», «И существует татхагата после смерти, и не существует?», «И не существует татхагата после смерти, и не не существует?» — таковы вопросы, на которые отвечают отклонением их.

Тхера, сын Малункьи, задал вопросы, на которые отвечают отклонением их. Блаженный их отклонил. Почему же на такие вопросы отвечают отклонением их? Нет ни причины, ни основы, чтобы отвечать на них, потому их и отклоняют. Беспричинно, безосновно просветленные, блаженные не говорят, не высказываются3.10.

— Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен.

Вопрос 3 (13)

— Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Все существа страшатся кары, всех существ ужасает смерть»3.11. Однако говорится: «Святой все страхи преодолел»3.12. Как же так, почтенный Нагасена? Святой страшится кары, а мучимые, палимые, терзаемые, сожигаемые, в огне горящие обитатели ада ужасаются грядущей смерти, когда их жизнь в кромешном аду кончается? 

Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «Все существа страшатся кары, всех существ ужасает смерть», то ложно утверждать, что «святой все страхи преодолел». Если Блаженный сказал: «Святой все страхи преодолел», то ложно утверждать: «Все существа страшатся кары, всех существ ужасает смерть». Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать.

— Высказывание Блаженного: «Все существа страшатся кары, всех существ ужасает смерть» — не имеет в виду святых, на святых оно не распространяется, ибо святой искоренил самое вещественную причину страха. Слова Блаженного: «Все существа страшатся кары, всех существ ужасает смерть» — подразумевают существ, имеющих аффекты, чрезмерно привязанных к мнениям о самости, тех, государь, кто радуется счастью и горюет в беде.

Святой же вышел за пределы бытия, пресек для себя всякой будущей жизни возможность, отрезал пути к новому рождению, силки распутал; он вне всех областей существования, с благим и неблагим покончил, убил неведение; в сознании его нет больше ростков будущего; все аффекты он прокалил и все мирские дхармы превзошел, поэтому никакие страхи святого не страшат. 

Представь, государь: есть у царя четверо советников, преданных, испытанных, надежных, облеченных большою властью. И вот по каким-то обстоятельствам царь для всех своих подданных издает указ: «Пусть все принесут мне подать. А вы, советники, об исполнении сего позаботьтесь». Скажи, государь, убоятся разве, устрашатся подати эти четверо советников?

— Нет, почтенный.

— Отчего же?

— Они, почтенный, у царя в высшем звании, они подать не платят, стоят выше всяких податей. А указ о том, чтобы все платили ему подать, царь издал, имея в виду всех прочих людей.

— Вот точно так же, государь, то высказывание Блаженного не имеет в виду святых, на святых оно не распространяется, ибо святой искоренил самое причину страха. Слова Блаженного: «Все существа страшатся кары, всех существ ужасает смерть» — подразумевают существ, имеющих аффекты, чрезмерно привязанных к мнениям о самости, тех, кто радуется счастью и горюет в беде. Святого поэтому никакие страхи не страшат.

— Но, почтенный Нагасена, в этом высказывании исключения не подразумеваются. Раз сказано «все», то никаких исключений не может быть. Приведи мне еще какой-нибудь подкрепляющий довод.

— Представь, государь, что хозяин деревни отдает распоряжение своему управляющему3.13: «Ну-ка, управляющий! Быстро созови ко мне всю деревню, да чтобы все пришли».— «Сейчас, хозяин»,— отвечает тот и, выйдя на деревенскую площадь, трижды громко объявляет: «Хозяин всю деревню требует немедленно к себе». Услышав распоряжение, селяне тут же сбегаются к хозяину и дают знать ему: «Вся деревня в сборе, хозяин, говори, чего тебе надобно». Ясно, государь, что хозяин деревни требовал к себе только глав семей, хотя позвал он, распоряжаясь об этом, «всю деревню». 

Но собралась не «вся деревня», собрались только главы семей. При этом и сам хозяин деревни вполне согласен, что народу у него ровно столько, сколько собралось. А ведь тех, кто не пришел, гораздо больше — тут и мужчины, и женщины, рабы, рабыни, батраки, работники, деревенские больные, быки, буйволы, козы, овцы, птица. Но те, кто не пришел, в счет не идут, потому что в распоряжении явиться всей деревне имелись в виду только главы семей. 

Вот точно так же, государь, то высказывание Блаженного не имеет в виду святых, на святых оно не распространяется, ибо святой искоренил самое причину страха. Слова Блаженного: «Все существа страшатся кары, всех существ ужасает смерть» — подразумева-ют существ, имеющих аффекты, чрезмерно привязанных к мнениям о самости, тех, кто радуется счастью и горюет в беде. Святого поэтому никакие страхи не страшат.

Бывает, государь, что и словами говорится об исключениях, и по смыслу есть исключения; бывает, что словами не говорится об исключениях, а по смыслу исключения есть; бывает, что словами говорится об исключениях, а по смыслу исключений нет; бывает, что и словами не говорится об исключениях, и по смыслу исключений нет. Следует всякий раз смотреть, приемлем ли смысл. 

На пяти основаниях смысл может быть приемлемым: если слова заимствованы, или по сути, или по наследству от учителя, или как мнение, или по более весомой причине. Здесь под заимствованными словами имеются в виду слова из сутр; под сутью — нечто, согласующееся с сутрами; под наследством учителя — сказанное учителем; под мнением — собственная точка зрения; под более весомой причиной — совместное действие каких-либо из первых четырех причин. Вот на этих пяти основаниях, государь, смысл может быть приемлемым. Так разрешается этот вопрос.

— Пусть так, почтенный Нагасена. Здесь я с тобой согласен: на святых эти слова не распространяются, а прочие существа испытывают страх. Но обитатели ада? Пребывая в этой злейшей из юдолей, они терпят пытки тяжкие, жестокие, непереносимые; каждую клеточку и каждый член их тела жжет и гложет огонь; плачут они, рыдают и горюют, и уста их исторгают лишь жалобные вопли и причитания; подавленным нестерпимо тяжелыми страданиями, истерзанным великой мукой, нет им ни защиты, ни прибежища, ни облегчения, и они предаются, безысходному отчаянию. 

В кромешном аду, зарево от которого видно за сто йоджан, в жарком, знойном, губительно палящем, раскаленном пекле, где их со всех шести сторон лижут языки пламени, а оглушительный гул порождает в них смятение и ужас,— как могут они бояться смерти?

— Могут, государь.

— Но, почтенный Нагасена, ведь пребывание в аду — это же беспрестанная мука. Почему же обитатели ада боятся смерти, если с нею их беспрестанная мука кончается? Почему они довольны адом?

— Вовсе не довольны адом, государь, его обитатели; напротив, им бы только вырваться из ада. Но таково уж величие смерти, что оно повергает их в трепет.

— Нет, почтенный Нагасена, вот уж этому я не поверю — чтобы их, кому бы только вырваться из ада, конец адского существования мог ужасать. Им бы смеяться от радости, обретая желанное, почтенный Нагасена. Приведи мне какой-нибудь довод.

— Для тех, кто не узрел истин, государь, смерть есть нечто страшное. Перед нею такие люди трепещут и содрогаются. Если некто боится слона, льва, тигра, пантеры, медведя, гиены, буйвола, гаваи, огня, воды, пня, колючек или если некто боится меча, то, боясь смерти, он именно этого и боится. Смерти, государь, по природе присуще величие3.14. 

Из-за этого ее природного величия существа, имеющие аффекты, боятся смерти и трепещут перед нею. Поэтому и обитатели ада, даже желая вырваться из него, боятся смерти и трепещут перед нею. Представь, государь, что у некоего человека вырос на теле жировик. Измученный болезнью, он, желая избавиться от такой напасти, посылает за хирургом. Хирург соглашается его лечить и принимается готовить свои приспособления, чтобы удалить жировик: затачивает нож, прокаливает на огне щупы для прижигания, толчет в ступке едкую соль. Ведь будет, государь, трястись от страха этот больной, что сейчас его станут резать острым ножом, прижигать ему рану раскаленным щупом, присыпать ее едкой солью?

— Да, почтенный.

— Вот видишь, государь: хотя больной и желает избавиться от недуга, он боится боли и потому трепещет. Вот точно так же, государь, хотя обитатели ада и желают вырваться из него, они боятся смерти и потому трепещут. Представь, государь, что провинившегося перед господином слугу заковали в цепи и бросили в темницу. Конечно, он желает выбраться оттуда. И вот господин решает его освободить и приказывает привести его. А провинившийся слуга знает за собой вину перед господином. Скажи, государь, он ведь будет трепетать оттого, что сейчас явится на глаза господину?

— Да, почтенный.

— Вот видишь, государь: хотя провинившийся перед господином слуга и желает выйти из темницы, он господина все же боится и потому трепещет. Вот точно так же, государь, хотя обитатели ада и желают из него вырваться, они боятся смерти и потому трепещут.

— Приведи мне еще какой-нибудь довод, почтенный, чтобы я вполне уверился.

— Представь, государь, что человека укусила ядовитая змея, и ну он падать от змеиного яда, ну прыгать, ну корчиться, ну по земле кататься. А тут некто, произнеся могущественное заклинание, понуждает укусившую того змею приползти назад и всосать обратно излитый ею яд3.15. Ведь будет трястись от страха тот укушенный, когда змея подползет к нему, чтобы всосать яд обратно и исцелить его?

— Да, почтенный.

— Вот видишь, государь: раз уж ползет к нему такая змея, хотя бы чтобы исцелить его, он все равно трепещет. Вот точно так же, государь, хотя обитатели ада и желают вырваться из него, они боятся смерти и потому трепещут. Смерть никому из живых существ не желанна, потому и боятся смерти обитатели ада, даже желая выбраться из него.

— Отлично, почтенный Нагасена. Так это и есть, я с этим согласен.

Вопрос 4 (14)

— Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного:

«Ни в поднебесье, ни в морских пучинах,

Ни в пещере среди отрогов горных —

Нигде во всей вселенной не укрыться

Живому от аркана Смерти»3.16.

И, однако, Блаженный преподал заговоры: сутру «Драгоценность», заговор из раздела «Груда», заговор павлина, заговор «Верх знамени», заговор «Атанатия», заговор Пальцелома3.17. Если, почтенный Нагасена, ни тем, кто воспарил в небеса, ни тем, кто погрузился в морскую пучину, ни тем, кто укрылся во дворце, келье, пещере, расселине, ущелье, гроте, норе, берлоге или где-то в горах, и то не скрыться от аркана Смерти, то ложно считать, что заговор может помочь. 

Если же можно благодаря заговору ускользнуть из аркана Смерти, то тогда ложно это утверждение: «Ни в поднебесье...» и дальше. Вот еще вопрос обоюдоострый, узла завязаннее. Тебе он поставлен, тебе его и решать.

— Есть, государь, изречение Блаженного:

«Ни в поднебесье, ни в морских пучинах,

Ни в пещере среди отрогов горных —

Нигде во всей вселенной не укрыться

Живому от аркана Смерти».

И преподал Блаженный заговоры, но это — для тех, кто еще во цвете лет, кто еще не прожил свой век и у кого нет препятствий, порожденных деянием. Ведь тем, государь, кто прожил свой век, ни лечение, ни снадобья не помогут. 

Скажем, государь, если дерево уже мертво, погибло, засохло, если соки в нем истощились, время ему расти прошло и жизнь покинула его, то под него хоть тысячу кувшинов воды лей — все равно оно уже не оживет, не покроется вновь свежими, зелеными побегами. Вот точно так же, государь, бесполезны лекарства и заговоры для тех, кто прожил свой век: ни лекарства, ни снадобья им не помогут. Всей земли целебные травы, государь, не подействуют на того, кто прожил свой век. 

Но тем, кто еще во цвете лет, государь, кто свой век еще не прожил и у кого нет препятствий, порожденных деянием,— тем заговор помогает и тех оберегает. Ради них и преподал Блаженный заговоры. Скажем, государь, когда созревают хлеба и стебли у них усыхают, то пахарь отводит с поля воду, а полным соков молодым хлебам избыток воды, напротив, идет на пользу. Вот точно так же, государь, тех, кто уже прожил свой век, лекарства и заговоры не излечат и не спасут. Заговоры и лекарства предназначены для людей во цвете лет, еще не проживших свой век. Им лекарства и заговоры приносят пользу.

— Если проживший свой век умирает, а не проживший свой век остается в живых, почтенный Нагасена, то бесполезны, выходит, лекарства и заговоры.

— А ты видел когда-либо, государь, чтобы болезнь лекарствами излечивалась?

— Да, почтенный, сотни раз видел.

— А раз так, государь, то ложно, как ты, утверждать, будто заговоры и лекарства бесполезны.

— Но можно заметить, почтенный Нагасена, что врачи в лечении применяют лекарства, отвары, мази. Благодаря их применению болезнь и излечивается.

— А у применяющих заговоры, государь, упражняется голос, сохнет язык, расправляется грудь, глотка хрипнет3.18. Благодаря применению заговоров, государь, их отпускают все недуги, оставляют все напасти. Ты когда-либо видел, государь, как укушенный змеёю человек обезвреживал яд мантрой? Или как ему отсасывали кровь сверху и снизу ранки, чтобы уничтожить действие яда?3.19

— Да, почтенный, такое и сейчас в жизни встречается.

— А раз так, государь, то ложно, как ты, утверждать, будто заговоры и лекарства бесполезны. Если, государь, человек произнес заговор, то и змея его, даже укусить желая, не укусит, отверзтую было пасть закроет; и разбойники дубину на него подымут, да не опустят, а откинут ее в сторону и друзьям уподобятся; и взбешенный слон, встретив его, успокоится; и полыхающая стена лесного пожара дойдет до него и потухнет; и смертельный яд превратится в его утробе в лекарство, а не то усвоится, подобно пище; и посягающие на его жизнь убийцы уподобятся его рабам; и, ступив ногою в силок, он не попадется3.20. 

Ты слыхал когда-либо, государь, о том павлине, что семьсот лет кряду произносил по утрам заговор, и охотникам так и не удалось заловить его в силки; но стоило ему однажды не произнести заговора, как он в тот же день угодил в силок3.21?

— Да, слыхал, почтенный, этот рассказ всем богам и людям известен.

— А раз так, государь, то ложно утверждать, как ты, будто заговоры и лекарства бесполезны. Ты слыхал когда-либо, государь, о том данаве, что стерег свою жену? Он сажал ее в короб, заглатывал его и держал у себя в животе, а один видьядхара3.22 залез к данаве в пасть и позабавился там с его женою. Узнав об этом, данава отрыгнул короб и открыл крышку. А видьядхара из открытого короба беспрепятственно ускользнул3.23.

— Да, почтенный, я слыхал об этом. Этот рассказ тоже и богам, и всему свету известен.

— И ведь ускользнул этот видьядхара из ловушки благодаря заговору, не так ли?

— Да, почтенный.

— Стало быть, государь, заговор таки действен. Ты слыхал когда-либо, государь, о другом видьядхаре, что соблазнил главную жену бенаресского царя в его собственном дворце, а когда попался, произнес мантру и тотчас сделался невидимым3.24?

— Да, почтенный, слыхал.

— Ведь и этот видьядхара ускользнул из ловушки благодаря заговору, не так ли?

— Да, почтенный.

— Стало быть, государь, заговор таки действен.

— Почтенный Нагасена, всех ли оберегает заговор?

— Иных оберегает, государь, иных не оберегает.

— Значит, почтенный Нагасена, заговор — не для всех?

— А скажи, государь, всем ли пища жизнь поддерживает?

— Кому поддерживает, почтенный, кому не поддерживает.

— Отчего же?

— Оттого, почтенный, что иные объедаются этой самой пищей и потом умирают от холеры.

— Значит, государь, не всем пища поддерживает жизнь?

— По двум причинам пища может лишить человека жизни, почтенный Нагасена: от объедения или от слабости пищеварения. Пища дарует здоровье, но при злоупотреблении может лишить человека жизни.

— Вот точно так же, государь, иных заговор оберегает, иных не оберегает. Если заговор не оберегает человека, то это бывает по трем причинам: от препятствия-деяния, или от препятствия-аффекта, или от неверия3.25. Заговор оберегает живые существа, но теряет свою оберегающую способность вследствие содеянного самим существом. 

Сравни, государь: мать сына, еще во чреве вынашивая, лелеет; окруженная уходом и заботой, рожает и потом, когда он родится, держит его в чистоте, подмывает его, утирает ему нос, умащает его лучшими, отборнейшими благовониями3.26; а если кто-то чужой обругает его или ударит, то она, взволнованная, тащит обидчика к мужу3.27. Но если сын совершит проступок перед нею, провинится, то она может и побить и нашлепать его — и руками, и ногами, и палкой, и колотушкой — чем придется. Скажи, государь, уместно разве, чтобы мать за это хватали, да тащили, да приводили к мужу?

— Нет, почтенный.

— Отчего же?

— Сын сам виноват, почтенный.

— Вот точно так же, государь, существа сами виноваты в том, что оберегающий их заговор делается бессильным.

— Отлично, почтенный Нагасена! Поистине разрешен вопрос, прорежена чащоба, осветились потемки, распутаны тенета лжемудрия, о лучший из лучших наставников3.28!

Вопрос 5 (15)

— Почтенный Нагасена, вы утверждаете: «Татхагата всегда получит необходимое: одежду, пропитание, приют, лекарства на случай болезни». И, однако, «в Пяти Салах, брахманской деревне, Татхагата никакого подаяния не получил, так и вышел из нее с чистой, пустой миской, будто не заходил»3.29. Если, почтенный Нагасена, «Татхагата всегда получит необходимое: одежду, пропитание, приют, лекарства на случай болезни», то ложны слова, что «в Пяти Салах, брахманской деревне, Татхагата никакого подаяния не получил, так и вышел из нее с чистой, пустой миской, будто не заходил». 

Если же «в Пяти Салах, брахманской деревне, Татхагата никакого подаяния не получил, так и вышел из нее с чистой, пустой миской, будто не заходил», то тогда ложны слова: «Татхагата всегда получит необходимое: одежду, пропитание, приют, лекарства на случай болезни». Вот еще вопрос обоюдоострый, превеликий, туго закрученный. Тебе он поставлен, тебе его и решать.

— Татхагата, государь, всегда получит необходимое: одежду, пропитание, приют, лекарства на случай болезни. В Пяти Салах же, брахманской деревне, он никакого подаяния не получил, так и вышел из нее с чистой, пустой миской, будто не заходил; но это случилось из-за Мары лукавого.

— Так неужели, почтенный Нагасена, истощилось тогда все благо, что накопил Блаженный за превосходящие предел исчислимого века? Неужели, едва напрягшись, лукавый Мара тут же перемог все это благо, исполненное силы и мощи? Если так, почтенный Нагасена, то эта история дважды навлекает на себя осуждение: выходит ведь, что зло сильнее добра, а что сила Мары пересилила силу Просветленного. Тогда выходит, что у дерева верхушка тяжелее корней, а дурное сильнее того, что преисполнено достоинств.

— Нет, государь, из одного этого вовсе еще не выходит, что зло сильнее добра и что сила Мары пересилила силу Просветленного. Впрочем, мне следует это обосновать. Представь, государь: приносит некий человек царю подношение — меду, или медовую галушку, или еще что-то, а привратник царского дворца говорит ему: «К царю нельзя сейчас! 

А ну забирай-ка свое подношение, да и ступай поскорее откуда пришел, пока царь тебя не наказал». Устрашенный, запуганный наказанием, человек этот возьмет свое подношение, да и уйдет себе поскорее откуда пришел. Так что же, государь, неужели царь-миродержец лишь из-за этого, оттого только, что не получил подношения, уступит в силе своему привратнику? Неужели лишится он других подношений?

— Нет, почтенный. Ведь это по зависти привратник не пропустил к царю подношение. Подношения, да еще во сто, в тысячу раз большие, дойдут до царя через другие ворота.

— Так и здесь, государь: ведь это по зависти своей лукавый Мара обуял брахманов — глав семей в Пяти Салах, но тогда же многие сотни тысяч духов явились к Блаженному с амритой, дивным нектаром, желая напитать им тело Блаженного, и склонились перед ним, почтительно сложив ладони3.30.

— Хорошо, почтенный Нагасена. Я согласен, что Блаженный, из всех людей в мире достойнейший, четыре вида подаяния всегда получит; больше того, боги и люди еще и просят Блаженного принять от них четыре вида подаяния. 

И, однако, замысел Мары тогда все же осуществился? Он ведь помешал поесть Блаженному? Вот здесь, почтенный, сомнение моё не рассеивается; здесь я продолжаю колебаться и ввергнут в нерешительность. В голове у меня не укладывается, чтобы Татхагате, святому, истинновсепросветленному, из всех богов и людей лучшему и высшему, благого, лучшего, достойного вместилищу, несравненному, ни равного, ни подобного себе не имеющему, низкий, мелкий, ничтожный, грешный, подлый Мара даяние получить помешал.

— Есть, государь, четыре помехи даянию: помеха даянию неопределившемуся, помеха даянию предназначенному, помеха даянию приготовленному, помеха вкушению даяния. Помеха неопределившемуся даянию такова: что-то накоплено, но никому особо не предназначено — не видно пока, кому бы это дать; тут-то некто и мешает: что-де толку чужому добро отдавать? 

Это помеха неопределившемуся даянию. Вот помеха предназначенному даянию: имеют в виду некоего определенного человека и готовят еду лично для него, а кто-то мешает. Это помеха предназначенному даянию. Вот помеха приготовленному даянию: угощение уже приготовлено, но еще его не взяли, кто-то этому мешает. Это помеха приготовленному даянию. Вот помеха вкушению даяния: угощение уже можно вкушать, но кто-то мешает этому. Это помеха вкушению даяния. 

Что же до Мары лукавого, который обуял брахманов — глав семей в Пяти Салах, то он и вправду помешал Блаженному, но не вкусить даяние и не даянию приготовленному или предназначенному, но предстоявшему, еще не ставшему, да и то тайком и отнюдь не только Блаженному: из тех, кто тогда же вышел за подаянием, еды в тот день никому не подали. 

И я не знаю, государь, кто в целом мире вместе с его небожителями, с богами небес Мары и Брахмы, со шраманами, с брахманами, с народом божеским и человеческим — кто мог бы помешать даянию, предназначенному или приготовленному для Блаженного, или вкушению им даяния. 

Если бы кто-то из зависти попытался помешать даянию, предназначенному или приготовленному для Блаженного, или вкушению им даяния, голову бы у того разорвало на сто, на тысячу частей. Четыре свойства, государь, Татхагате ненарушимо присущи, вот они: даянию, предназначенному или приготовленному для Блаженного, никто помешать не может; свечение на сажень вокруг Блаженного никто погасить не может; всеведению Блаженного, драгоценному знанию никто повредить не может; и жизнь у Блаженного, государь, отнять никто не может. 

Таковы, государь, четыре свойства, Татхагате одному ненарушимо присущие. И у всех этих свойств, государь, одна природа, все они безущербны, неколебимы, другим не подвластны, все это — неприкосновенные достоинства. Тайком, скрытно, государь, обуял лукавый Мара брахманов — глав семей в Пяти Салах. Скажем, государь, тайком, скрытно от царя разбойники в окраинных труднодоступных областях грабят на дорогах; а если бы увидел царь разбойников? Им бы, верно, не поздоровилось?

— Конечно, почтенный. Их бы топором порубили на сто, на тысячу частей.

— Вот точно так же, государь, скрытно, тайком обуял лукавый Мара брахманов — глав семей в Пяти Салах. Или иначе, государь: как, скажем, замужняя женщина тайком, скрытно сходится с чужим мужчиной, вот точно так же и лукавый Мара, государь, тайком, скрытно обуял брахманов — глав семей в Пяти Салах. А если бы женщина сошлась с чужим мужчиной на глазах у мужа? Ей бы, верно, не поздоровилось?

— Конечно, почтенный. Муж мог бы ее и побить, и убить, и запереть, и отдать в рабство.

— Вот точно так же, государь, тайком, скрытно обуял лукавый Мара брахманов — глав семей в Пяти Салах. Если бы, государь, лукавый Мара вздумал помешать даянию, предназначенному или приготовленному для Блаженного, или вкушению им даяния, то голову бы у него разорвало на сто, на тысячу частей.

— Да, это так, почтенный Нагасена. Воровским обычаем поступил лукавый Мара, скрытно обуял лукавый Мара брахманов — глав семей в Пяти Салах. Если бы, почтенный, лукавый Мара вздумал помешать даянию, предназначенному или приготовленному для Блаженного, или вкушению им даяния, то голову бы у него разорвало на сто, на тысячу частей, его бы всего развеяло, как пригоршню мякины. Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен3.31.

Вопрос 6 (16)

— Почтенный Нагасена, вы утверждаете: «Кто совершает убийство по неведению, тот свой проступок этим усугубляет»3.32. Однако в Определениях Устава Блаженный сказал: «Незнающий невиновен»3.33. Если, почтенный Нагасена, «кто совершает убийство по неведению, тот свой проступок этим усугубляет», то ложны слова, что «незнающий невиновен». Если же «незнающий невиновен», то ложны слова: «Кто совершает убийство по неведению, тот свой проступок этим усугубляет». Вот еще вопрос обоюдоострый, трудноразрешимый, труднопостижимый. Тебе он поставлен, тебе его и решать.

— Есть, государь, изречение Блаженного: «Кто совершает убийство по неведению, тот свой проступок этим усугубляет». В Определениях Устава, однако, Блаженный сказал: «Незнающий невиновен». Здесь разное имеется в виду. Вот в чем разница: есть, государь, проступки, сопровождавшиеся распознаванием, и есть проступки, не сопровождавшиеся распознаванием3.34. Вот о проступках, не сопровождавшихся распознаванием, Блаженный и сказал: «Незнающий невиновен».

— Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так. Я с этим согласен.

Вопрос 7 (17)

— Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «Татхагата не думает, Ананда, что опекает общину или что учится у него община»3.35. Описывая же достоинства, по природе присущие блаженному Майтрее, он, напротив, сказал: «Многотысячную общину монахов будет он опекать, так же как я теперь опекаю многосотенную общину монахов»3.36. Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «Татхагата не думает, Ананда, что опекает общину или что учится у него община», то ложны слова: «Я теперь опекаю многосотенную общину монахов». 

Если Татхагата сказал: «Я теперь опекаю многосотенную общину монахов», то ложны слова: «Татхагата не думает, Ананда, что опекает общину или что учится у него община». Вот еще вопрос обоюдоострый. Тебе он поставлен, тебе его и решать.

— Есть, государь, изречение Блаженного: «Татхагата не думает, Ананда, что опекает общину или что учится у него община». Напротив, описывая достоинства, по природе присущие блаженному Майтрее, он сказал: «Многотысячную общину монахов будет он опекать, так же как я теперь опекаю многосотенную общину монахов». То, о чем ты спрашиваешь, государь, в одном смысле условно, в другом смысле безусловно. 

Не Татхагата — последователь своего окружения, государь; напротив, окружение Татхагаты — его последователи. А слова «я» и «моё», государь, суть выражения общего мнения, а не высшего смысла. Нет у Татхагаты привязанности, государь, нет пристрастия, не цепляется Татхагата за «моё», но при необходимости пользуется этим выражением. 

Скажем, государь, земля для живых, населяющих сушу, есть оплот и прибежище, на землю живые опираются. Но у земли нет оглядки на них как на «своих». Вот точно так же, государь, Татхагата для всех живых — оплот и прибежище, на Татхагату все живые опираются, но у него нет оглядки на них как на «своих». Или, скажем, государь, полная влаги туча проливается на землю — травам, деревьям, зверям и людям на процветание, племя их умножает, и от дождя зависят в этом все живые до единого; но у тучи нет оглядки на них как на «своих». 

Вот точно так же, государь, Татхагата во всех живых благие дхармы порождает и умножает, и от Учителя зависят в этом все живые до единого; но у Татхагаты нет оглядки на них как на «своих», и потому это так, что он оставил все мнения о самости.

— Отлично, почтенный Нагасена! Поистине распутан вопрос многообразными доводами, вышло наружу бывшее в глубинах, разрублен узел, прорежена чащоба, осветились потемки, разбиты чужие наветы, раскрылись глаза сынов Победителя!

Вопрос 8 (18)

— Почтенный Нагасена, вы утверждаете: «У Татхагаты община расколу не подвержена»3.37. И утверждаете также: «Девадатта разом отколол от общины пятьсот монахов»3.38. Если, почтенный Нагасена, «у Татхагаты община расколу не подвержена», то ложны слова, будто «Девадатта разом отколол от общины пятьсот монахов». Если «Девадатта разом отколол от общины пятьсот монахов», то ложны слова, будто «у Татхагаты община расколу не подвержена». Вот еще вопрос обоюдоострый тебе поставлен, глубокий, с трудом разрешимый, тугого узла туже затянутый; люди на нем путаются, мешаются, теряются, спотыкаются, в тупик встают. Обрати же силу своего знания против наговоров.

— Верно, государь, что «у Татхагаты община расколу не подвержена». Верно также, что «Девадатта разом отколол от общины пятьсот монахов», но это уже сила раскольника. Расколоть все можно, государь,— было бы кому раскалывать. 

Если есть раскольник — тогда и мать от сына откалывается, и сын от матери откалывается, и отец от сына откалывается, и сын от отца откалывается, и брат от сестры откалывается, и сестра от брата откалывается, и друзья друг от друга откалываются; и срубленный из дерева разных пород под мощным натиском валов корабль раскалывается; и благородное золото бронзой раскалывается. Но, государь, нет у разумных такой цели, нет у знающих намерения, нет у мудрых стремления, чтобы «у Татхагаты община была подвержена расколу». И можно объяснить, почему так говорится: «У Татхагаты община расколу не подвержена». 

Вот почему: неслыханно ведь, государь, чтобы Татхагата когда-либо в своих странствиях был привязчив или нелюбезен, был несправедлив или пристрастен, из-за чего община бы раскололась. Потому и говорится: «У Татхагаты община расколу не подвержена». Да и сам ты должен знать, государь, можно ли найти в Девятичастных Речениях Просветлёенного место, где было бы сказано: «По такой-то вот причине, из-за прошлого деяния бодхисаттвы случился в общине раскол»3.39.

— Нет, почтенный. И не видал и не слыхал никто такого. Отлично, почтенный Нагасена. Да, это так, я с этим согласен. Вторая глава закончена.


 

Комментарии

3.1 Со сверхзнанием — abhinnaya. Смысл утверждения в том, что Учение (дхарма) есть овнешнение в словах и систематизация для других уже обретенного духовного знания.

3.2 «Большая сутра об упокоении» (Д XVI.6.3). Малые и меньшие — пaли khuddakanukhuddakani, сочинительная композита с усилительным значением, т. е. «всякие там малые, неважные». По смыслу слово не делится на части khuddako «малый» и anukhuddako «вслед-за-малый» (меньший), но толкователи, а за ними и Нагасена делят его и задаются вопросом, что же означают эти части порознь. Отсюда и избранный вариант перевода.

3.3 Проповедь о сохранности Учения — Dhammasanthitipariyayo. Ссылка по содержанию проповеди, а не по названию. Найти этот текст в канонической литературе не удается.

3.4 «Большая сутра об упокоении» (Д XVI.2.32).

3.5 Об этом рассказано в «Малой сутре о Малункье» (М 63); см. приложение 9.

3.6 Перечень четырех видов вопросов имеется уже в А III.67.2.

3.7 Перечислены пять скандх. Ответ на эти вопросы однозначен и положителен.

3.8 Оговорка следующая: «Да, но не только образное (ощущение, распознавание и пр.)».

3.9 Встречный вопрос, вероятно, таков: «Что имеется в виду под всем?».

3.10 Обсуждение этого вопроса не добавляет решительно ничего к материалу Суттапитаки.

3.11 Дхп 129.

3.12 Это не цитата, а утверждение в духе Учения. Ср., например, Дхп 213—216.

3.13 Управляющий — anapako. Возможен и перевод «оповеститель, глашатай».

3.14 Смерти... по природе присуще величие — maranassa eso sarasabhavatejo, что малопонятно. Перевод сглаженный.

3.15 Общераспространенное в древней Индии поверье. Ср. «Джатаку о змеином яде» (№ 69; см.: Джатаки, с. 161—163).

3.16 Чуть измененная цитата из Дхп 127 (там в последней строке стоит «живому от плодов злодейства»).

3.17 Сутра «Драгоценность», заговор из раздела «Груда», заговор павлина, заговор «Верх знамени», заговор «Атанатия», заговор Пальцелома.— Отличающаяся высокими литературными достоинствами стихотворная сутра «Драгоценность» (Ratanasuttam = Cн II.1) содержит повторяющийся призыв-пожелание: «Пусть будет благо от этой истины!» 

Заговор «Груда» в точности неизвестен. Можно предположить, что речь идет о совете, данном Буддой одному дряхлому и непрестанно мучимому старческими недугами мирянину. Тот пожаловался Будде на свое скверное самочувствие и спросил, как ему быть. Будда ответил ему: «Да, мирянин, это правда. Ты и впрямь стар, дряхл, и все у тебя болит. Если ничего в твоем возрасте не болит, то это уже такая удача, что больше и желать-то нечего. Поэтому, мирянин, научись жить так: «Тело моё мучится, а мысль (citta?) моя не будет от того мучиться». Мирянин воспринял совет должным образом, и на сердце у него много полегчало. Эпизод приведен в С XXII.1.1. Заговор «Верх знамени» приведен в С XI.1.3; см. приложение 11. 

Заговор «Атанатия» (Atanatiya) приводится в одноименной сутре Дигханикаи (XXXII). Это звукосочетание отдает по-древнеиндийски легко распознаваемой имитацией привычного для индоарийского слуха, но все же чуждого и непонятного дравидского выговора,— тарабарщиной. Роль, аналогичную той, какую для индоариев играли дравиды (т. е. такого чуждого народа, с которым постоянно сталкиваешься и мысль о котором сразу приходит в голову, когда нужно представить себе людей одновременно и чужих и известных), для русских исторически играли тюрки. Можно было бы поэтому сделать морфологический перевод с якобы дравидского на якобы тюркский; получилось бы примерно «хурды-мурды». 

Заговор «Атанатия» предназначается для защиты живущих в лесу монахов от ракшасов, якшей и прочей нечисти, ибо, как объясняется в этой сутре, ракшасы и якши любят наслаждения и потому враждебны к буддийской проповеди, призывающей к умеренности в них. Любопытно, что уже редакторы самой канонической сутры осознавали сомнительиость заговора с последовательных буддийских позиций. Неточно будет сказать, что заговор в ней «преподает монахам» Будда, как это утверждает Милинда. Его предложил Будде бог Вайшравана: есть-де такое средство от лесных напастей; я вам его на всякий случай сообщу, а уж там поступайте, как знаете. Будда запомнил заговор и передал его монахам.

Заговор павлина приводится в «Джатаке о золотом павлине» (№ 491; см.: Повести).

Заговор Пальцелома, строго говоря, не заговор. В сутре «Пальцелом» (М 86) рассказано, что обращённый Блаженным в монахи бывший брахман-разбойник Пальцелом помог мучившейся родами женщине разрешиться от бремени, сказав ей: «Я, сестрица, с тех пор как по-арийски родился (т. е. духовно преобразился и стал монахом.— А. П.), никого намеренно не лишал жизни. 

Пусть от этой правды ты станешь здорова и твое дитя». Но это назвать заговором нельзя, это настоящее «заклятие правдой», о чем речь шла выше (см. кн. III, вопрос 5). Однако приписываемые Пальцелому стихи, завершающие сутру, весьма часто применяются в быту ланкийских буддистов в качестве охранительного заговора вместе с прочими заговорами, перечисленными в ВМ.

3.18 Вряд ли следует видеть в этом рационалистическое сведение эффективности заговора к физиологическому воздействию на организм его произнесения. Нагасена просто указывает, что применение заговоров, как и применение лекарств, сопровождается определенными внешними проявлениями.

3.19 Как укушенный змеею человек обезвреживал яд мантрой? Или как ему отсасывали кровь сверху и снизу ранки, чтобы уничтожить действие яда? — Koci ahina dattho mantapadena visam patiyamano visan cikkhassanto uddham adho acamayamano? Текст, очевидно, испорчен, без конъектур осмыслению не поддается.

3.20 Перечислены мотивы из джатак. Упоминание лесного пожара подразумевает «Джатаку о перепеле» (№ 35), однако выше, в вопросе 5, этот же случай объяснялся как «заклятие правдой». Так же и в самой джатаке.

3.21 Из «Джатаки о золотом павлине» (№ 491).

3.22 Видьядхара — пали vijjadharo, один из разрядов низшей мифологии.

3.23 Из «Джатаки о жене в сундуке» (№ 436; см.: Повести).

3.24 Из «Джатаки об осквернителе знамени» (№ 391; см.: Повести).

3.25 Препятствия-деяния и препятствия-аффекты суть, по определению Васубандху в Абхадхармакошабхашье, причины мирского кружения вообще. Неверие же в большей степени является специфической причиной недейственности заговора.

3.26 Можно понять иначе: «когда он родится, она отмывает его от нечистой слизи и умащает благовониями».

3.27 Муж — sami. Т. В. Рис-Дэвидс переводит «к господину», что менее отвечает контексту.

3.28 Заговоры (пали parittam, сингальское pirit) играют немалую роль и в современной ритуальной буддийской практике на Ланке. См.: Краснодемская Н. Г. Традиционное мировоззрение сингалов, с. 125 и сл.; Schalk Р, Der Paritta-Dienst in Ceylon. Lund, 1972.

3.29 С IV.2.8; см. приложение 13.

3.30 Позднейшая благочестивая выдумка. В каноническом тексте Будда лишь с достоинством говорит Маре, что будет «питаться радостью, как сияющие боги».

3.31 В обсуждении этой дилеммы проглядывает, как и в нескольких других вопросах кн. III, тенденция превратить Будду в объект религиозного почитания. Это стремление не всегда находит себе опору в переданных традицией обстоятельствах жизни Будды, что и порождает вопросы. 

С просвещенно-буддийской точки зрения обида царя за Будду («В голове у меня не укладывается, чтобы Татхагате, святому... несравненному, ни равного, ни подобного себе не имеющему, низкий, мелкий, ничтожный, грешный, подлый Мара даяние получить помешал») выглядит несерьезно. Нагасена мог бы, конечно, ответить словами из Мадджхиманикаи: «Появляются ли в мире просветлённые, нет ли, а все слагаемые дхармы бренны». А стало быть, разумнее устремиться к высшей цели и не заниматься рассуждениями, из которых никакого блага не последует. Однако здесь и в прочих подобных случаях Нагасена идет поневоле на компромисс, не отвергая с порога как неважные сомнения Милинды. 

Очевидно, остановить религиозную тенденцию было невозможно, оставалось лишь указать религиозному отношению его место в буддизме, что и делает Нагасена.

Чисто филологически можно предложить иное разрешение дилеммы. В первом из процитированных Милиндой утверждений сказано буквально: labhi Tathagato civara-pindapata-...-parikkharanam. Эта синтаксическая конструкция по-русски невоспроизводима. Подлежащее — Татхагата, сказуемое же — именное (отглагольное прилагательное), а не глагольное: labhi — «тот, кому свойственно получать». 

Таким образом, это не высказывание, обобщающее все возможные обстоятельства получения даров, что было бы со сказуемым-глаголом («Татхагата всегда получает»), а высказывание о свойстве Татхагаты, присущем ему благодаря его располагающей к себе манере поведения и т. п. Но в любых обстоятельствах важны свойства всех участников события, поэтому «свойство получать дары» лишь увеличивает при прочих равных условиях вероятность их получения, гарантии же не дает. При таком объяснении экзегетическая проблема аналогична рассматриваемой ниже, в вопросе 18.

3.32 В Винае такого высказывания нет. Речь идет скорее не о дисциплинарном проступке, а о неблагом деянии и его последствиях. Ср. выше, в кн. II, гл. 7.

3.33 Из комментария на уставное правило Пач 61.2 3.

3.34 Вероятно, смысл следующий: совершивший убийство и не знавший, что этого делать нельзя, больший грешник, чем тот, кто сделал это с сознанием дурности поступка. Но совершивший убийство без знания того, что он его совершает (не замечая этого и пр.), неповинен.

3.35 «Большая сутра об упокоении» (Д XVI.2.32).

3.36 Из сутры «Львиный рык. Миродержец» (Д XXVI.25).

3.37 Цитата неизвестна.

3.38 Ссылка на события, описанные в Винае (Чулл VII).

3.39 Высказывание «У Татхагаты община расколу не подвержена» на пали звучит так: «Tathagato abhejjapariso». Это именное предложение с приписыванием Татхагате некоторого свойства. Таким образом, община не может расколоться не вообще, а поскольку это зависит от Татхагаты. Именно эту логическую тонкость использует Нагасена.





Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой нажмите клавиши 'Ctrl'+'Enter'